Судебная практика хмао югра

Судебная практика хмао югра

Суд
Ханты-Мансийского
автономного округа — Югры

по административным делам

СПРАВКА по результатам обобщения судебной практики рассмотрения районными (городскими) судами Ханты — Мансийского автономного округа — Югры в 2015 году, I кв. 2016 года дел, связанных с обязательным страхованием гражданской ответственности владельцев транспортных средств (ОСАГО), добровольным страхованием имущества. (>>>)

Справка о результатах кассационного рассмотрения гражданских дел президиумом суда Ханты-Мансийского автономного округа — Югры за 2 квартал 2017 года (>>>)

Судебная практика хмао югра

причины отмены и изменения судебных постановлений

по гражданским делам в 2015 году

25 февраля 2016 года г. Ханты-Мансийск

В соответствии с планом работы Ханты-Мансийского районного суда на 2016 год проведен анализ причин отмены и изменения судебных постановлений, вынесенных по рассмотренным гражданским делам судьями Ханты-Мансийского районного суда за 12 месяцев 2015 года судом апелляционной инстанции.

Ханты-Мансийским районным судом окончено за отчетный период 6659 дел (остаток 487), что на 1509 (22,7%) дел больше, чем за аналогичный период прошлого года (АППГ — 5150 дел).

Из общего числа рассмотренных, окончено с вынесением решения — 5984 дела, что на 1333 (22,3%) дел больше, чем за аналогичный период прошлого года (АППГ – 4651).

Из оконченных стадию апелляционного обжалования прошло 1621 решение, что на 211 (13%) решений суда больше, чем за аналогичный период прошлого года (АППГ – 1410).

Отменено, изменено за отчетный период 145 решений суда.

Утверждаемость судебных решений по гражданским делам за 2015 год составила 91%, что 3% выше, чем за аналогичный период прошлого года (АППГ – 88%) и на 10% выше среднеокружного показателя (81%).

Кроме того, судебной коллегией по гражданским делам суда ХМАО-Югры по частным жалобам на определения суда: оставлено без изменения – 135; отменено — 26; оставлено без рассмотрения – 2; производство прекращено -1; снято с рассмотрения, оставлено без рассмотрения, отозвано — 13.

Изучение судебной практики показало, что при возрастающей нагрузке повысилось качество судебных решений, сократились сроки рассмотрения дел. В целом судьями Ханты-Мансийского районного суда при рассмотрении гражданских дел правильно применяются нормы процессуального и материального права

Вместе с тем, имеют место случаи неправильного применение норм материального и процессуального права, приводящие к отмене (изменению) решений в апелляционном порядке.

Не применение закона, подлежащего применению, является основанием для изменения решения в апелляционном порядке.

— Ш.Н.М. обратилась в суд с иском к ОАО «ГСК «Югория», М.Е.В. о возмещении ущерба, причиненного в результате ДТП. Просит взыскать с Открытого акционерного общества «Государственная страховая компания «Югория» денежную сумму в размере 120000 рублей в счет компенсации материального ущерба, штраф за невыполнение в добровольном порядке требований потребителя в размере 60000 рублей, с М.Е.В. 175092 рубля 67 копеек в счет возмещения материального ущерба, утрату товарной стоимости автомобиля в размере 17100 рублей, государственную пошлину в размере 5161 рубль 85 копеек и пропорционально с ответчиков денежную сумму в размере 6000 рублей за составление отчета, 15000 рублей за оказание юридической помощи.

Судом первой инстанции исковые требования удовлетворены частично.

Судебная коллегия соглашаясь с правильностью вывода суда первой инстанции о наличии правовых оснований для взыскания с ответчика ОАО «Государственная страховая компания «Югория» невыплаченного страхового возмещения в размере 120 000 рублей в пределах лимита установленного ст. 7 Федерального закона от 25 апреля 2002 г. № 40 — ФЗ «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств», с правильностью вывода суда первой инстанции об отсутствии правовых оснований для взыскания с ответчика ОАО «Государственная страховая компания «Югория» штрафа, предусмотренного п. 6 ст. 13 Закона Российской Федерации от 07 февраля 1992 года № 2300-1 «О защите прав потребителей» не согласилась, указав следующее.

Пленум Верховного Суда Российской Федерации в п. 46 постановления от 28 июня 2012 года № 17 «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей» разъяснил, что при удовлетворении судом требований потребителя в связи с нарушением его прав, установленных Законом «О защите прав потребителей», которые не были удовлетворены в добровольном порядке изготовителем (исполнителем, продавцом, уполномоченной организацией или уполномоченным индивидуальным предпринимателем, импортером), суд взыскивает с ответчика в пользу потребителя штраф независимо от того, заявлялось ли такое требование суду (пункт 6 статьи 13 Закона).

Поскольку в добровольном порядке страховая компания требования потребителя до вынесения судом решения по заявленным требованиям не удовлетворила, судебная коллегия принимает решение о взыскании с ответчика в пользу истца штрафа за несоблюдение в добровольном порядке требований потребителя в размере 50% от присужденной судом суммы в соответствии с п. 6 ст. 13 Закона Российской Федерации от 7 февраля 1992 года № 2300-1 «О защите прав потребителей», что составит 60 000 рублей.

(апелляционное определение от 27.01.2015 г., № 33-189/2015)

— По аналогичным основаниям изменено решения суда по иску М.А.А. к ОАО «Страховая Акционерная Компания «Энергогарант» о взыскании страхового возмещения в размере 88 516 рублей, величины дополнительной утраты товарной стоимости в размере 27 901 рубль 66 копеек, расходов по оплате оценки в размере 8 500 рублей, расходов по оплате юридических услуг в размере 10 000 рублей, расходов по оплате услуг нотариуса в размере 1 100 рублей, штрафа.

Принимая решение о взыскании с ответчика страхового возмещения в пользу выгодоприобретателя, суд первой инстанции фактически признал правомерность требования истца в части взысканной суммы невыплаченного страхового возмещения, что свидетельствует о нарушении со стороны ответчика права истца, как потребителя на получение страхового возмещения.

При таких обстоятельствах, взыскание штрафа должно происходить в любом случае при удовлетворении судом требований потребителя.

(апелляционное определение от 03.02.2015 г., № 33-501/2015)

Не верное определение юридически значимых обстоятельств по делу, является основанием для отмены решения в апелляционном порядке.

— Н.С.И. обратился в суд с иском к Департаменту социального развития Ханты — Мансийского автономного округа — Югры о признании незаконным отказа в присвоении звания «Ветеран труда», возложении обязанности по присвоению звания «Ветеран труда».

Принимая решение об удовлетворении заявленных исковых требований, суд первой инстанции исходил из того, что поскольку истец награжден ведомственным знаком отличия в труде и получает пенсию за выслугу лет, он имеет право на присвоение звания «Ветеран труда».

Судебная коллегия не согласилась с правомерностью вышеприведенных выводов суда первой инстанции по следующим основаниям.

Правовые гарантии социальной защиты ветеранов в Российской Федерации установлены Федеральным законом от 12 января 1995 года № 5-ФЗ «О ветеранах», ст. 1 которого установлены категории ветеранов, включая ветеранов труда.

Отношения, связанные с присвоением звания «Ветеран труда», урегулированы в ст. 7 названного Федерального закона, в соответствии с которой ветеранами труда являются лица: 1) имеющие удостоверение «Ветеран труда»; 2) награжденные орденами или медалями, либо удостоенные почетных званий СССР или Российской Федерации, либо награжденные ведомственными знаками отличия в труде и имеющие трудовой стаж, необходимый для назначения пенсии по старости или за выслугу лет; лица, начавшие трудовую деятельность в несовершеннолетнем возрасте в период Великой Отечественной войны и имеющие трудовой стаж не менее 40 лет для мужчин и 35 лет для женщин.

В соответствии с п. 4 этой же статьи предусмотрено, что порядок и условия присвоения звания «Ветеран труда» определяются законами и иными нормативными правовыми актами субъектов Российской Федерации.

В целях реализации приведенных правовых положений Федерального закона, Думой ХМАО — Югры принят Закон ХМАО — Югры от 07 ноября 2006 № 115-оз «О мерах социальной поддержки отдельных категорий граждан в Ханты — Мансийском автономном округе — Югре», а также Правительством ХМАО — Югры издано постановление от 26 июня 2006 года № 142-п «О порядке присвоения званий «Ветеран труда», «Ветеран труда Ханты — Мансийского автономного округа — Югры» и выдачи удостоверений».

В соответствии со ст.1 названного Закона и в силу п.2.1 Порядка, звание «Ветеран труда» присваивается лицам, награжденным орденами и медалями, либо удостоенным почетных званий СССР или Российской Федерации, либо награжденным ведомственными знаками отличия в труде и имеющим трудовой стаж не менее 20 лет для женщин и 25 лет для мужчин или стаж, необходимый для назначения пенсии за выслугу лет.

Таким образом, одним из обязательных условий присвоения звания «Ветеран труда» является наличие трудового стажа, необходимого для назначения пенсии по старости или за выслугу лет, который в силу абзаца 4 статьи 2 Федерального закона от 15 декабря 2001 года № 166-ФЗ «О государственном пенсионном обеспечении в Российской Федерации» определяется как учитываемая при определении права на отдельные виды пенсий по государственному пенсионному обеспечению суммарная продолжительность периодов работы и иной деятельности, которые засчитываются в страховой стаж для получения пенсии, предусмотренной Федеральным законом от 17 декабря 2001 года № 173-ФЗ «О трудовых пенсиях в Российской Федерации».

Исчисление страхового стажа, требуемого для приобретения права на трудовую пенсию, производится в соответствии с пунктом 1 статьи 12 Федерального закона «О трудовых пенсиях в Российской Федерации» в календарном порядке, и общий трудовой стаж для застрахованных лиц из числа мужчин должен быть не менее 25 лет.

Как видно из трудовой книжки истца и справки Пенсионного органа истец не имеет трудового стажа, необходимого для назначения трудовой пенсии по старости, а имеет специальный стаж, который дает ему право на пенсию за выслугу лет, однако не дает права на присвоение звания «Ветеран труда».

(апелляционное определение от 12.05.2015 г., № 33-2132/2015)

— Я.Л.В. обратилась в суд к Департаменту социального развития ХМАО-Югры о возложении обязанности по присвоению звания «Ветеран труда».

Судом первой инстанции требование Я.Л.В. удовлетворено с учетом награждения ее медалью «За заслуги в проведении Всероссийской переписи населения» в соответствии с Указом Президента РФ от 14.10.2002 г. отменяя решение суда, коллегия указала следующее.

Труд, в том числе продолжительный и добросовестный, подразумевает трудовые отношения, возникшие между работодателем и работником на основании трудового договора и по должности, которая предусмотрена в штатном расписании.

Медаль «За заслуги в проведении Всероссийской переписи населения» была учреждена в целях поощрения и морального стимулирования лиц, принимавших участие в проведении отдельно взятого мероприятия (Всероссийской переписи населения 2002 года), то участие Я.Л.В. в переписи населения в течение краткосрочного периода времени само по себе не может быть расценено как продолжительный труд в отсутствие иных необходимых составляющих.

(апелляционное определение от 22.09.2015 г., № 33-4138/2015)

— Истец С.Ю.С. обратился в суд с исковым заявлением к администрации города Ханты-Мансийска о защите жилищных прав.

Удовлетворяя исковые требования, суд первой инстанции исходил из того, что истец С.Ю.С., являясь лицом, 18 лет оставшимся без попечения родителей, не обеспечен жилым помещением для постоянного проживания, не реализовал свое право, предусмотренное ФЗ «О дополнительных гарантиях по социальной защите детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей», в связи с чем, признал право С.Ю.С. на получение жилья как лица из числа детей-сирот, обязал администрацию города Ханты-Мансийска включить С.Ю.С. в список детей-сирот, лиц из числа детей-сирот, которые подлежат обеспечению жилыми помещениями специализированного жилищного фонда по договорам найма специализированных помещений в г. Ханты-Мансийске.

С данным выводом судебная коллегия не согласилась.

Как следует из преамбулы ФЗ «О дополнительных гарантиях по социальной защите детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей» а также из ст. 1 указанного Закона, его положения распространяются на детей-сирот, детей, оставшихся без попечения родителей, и лиц из их числа до достижения ими 23-летнего возраста.

Исходя из положений ч. 3,4 ст. 49 , ч. 1 ст. 57 ЖК РФ, а также статуса лица, оставшегося без попечения родителей, следует, что гарантируемая детям-сиротам, детям, оставшимся без попечения родителей и лицам из их числа, социальная поддержка, в том числе внеочередное обеспечение жилой площадью, должна быть реализована до достижения ими 23-летнего возраста.

Истец обратился в суд с рассматриваемым заявлением по достижении 50 лет. Каких-либо доказательств, свидетельствующих о наличии препятствий для своевременной постановки на учет, истцом в порядке ст. 56 ГПК РФ не представлено.

Суд первой инстанции не учел, что статус лица, оставшегося без попечения родителей, С.Ю.С., достигший на момент обращения 50 лет, утратил.

Соответственно, правовых оснований для включения С.Ю.С. в список детей-сирот, лиц из числа детей-сирот, которые подлежат обеспечению жилыми помещениями специализированного жилищного фонда по договорам найма специализированных помещений в г. Ханты-Мансийске, не поставленного на учет до достижения им возраста 23 лет, не имеется.

(апелляционное определение от 14.07.2015 г., № 33-3226/2015)

— Т.Н.Ф. обратилась в суд с иском к УМВД РФ по ХМАО-Югре об оспаривании результатов служебной проверки и признании факта гибели сотрудника органов внутренних дел при исполнении служебных обязанностей.

Из материалов дела следует, Т.С.В. проходил службу в Управлении МВД России по г. Сургуту, имел специальное звание майор полиции, находясь в очередном отпуске, управляя личным транспортным средством в 01 часов на 99 километре автодороги, допустил наезд на дикое животное (лося), отчего получил телесные повреждения не совместимые с жизнью, скончался на месте ДТП.

Заключением служебной проверки УМВД РФ по ХМАО-Югре указано, что смерть Т.С.В. наступила в период прохождения им службы, но не при исполнении служебных обязанностей.

Отказывая в удовлетворении требования Т.Н.Ф. (матери погибшего) об оспаривании заключения служебной проверки и признании факта гибели Т. при исполнении служебных обязанностей, суд первой инстанции указал на то, что последний в указанный период времени находился в трудовом отпуске, возвращался домой с места отдыха, был свободен от выполнения служебных обязанностей, не находился там по заданию либо приказу начальника, самостоятельно определив маршрут, дату и время следования, самостоятельно принял решение о прохождении в период отпуска психофизиологического обследования, имел возможность сделать это после окончания отпуска, последнее не является медицинским освидетельствованием (обследованием).

Судебная коллегия не согласилась с указанным выводом, по следующим основаниям.

Основания для признания сотрудника органов внутренних дел выполняющим служебные обязанности приведены в исчерпывающем перечне статьи 68 Федерального закона от 30 ноября 2011 г. N 342-ФЗ «О службе в органах внутренних дел Российской Федерации и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации», в частности, в пункте 2 части 3 указано, что сотрудник органов внутренних дел независимо от места нахождения и времени суток считается выполняющим служебные обязанности в случае, если он следует к месту службы, командирования, медицинского освидетельствования (обследования) или лечения и обратно.

Из материалов дела следует, что Т. находился в отпуске с 07.09.2013 по 21.09.2013 г., имел на руках направление на психофизиологическое обследование в находящийся в г. Ханты-Мансийске Центр психофизиологической диагностики «Медико-санитарной части МВД РФ по ХМАО-Югре» от 12.09.2013 г., подписанное начальником отделения кадров ОРЛС УМВД РФ по г. Сургуту, был записан лично на прием к специалистам Центра на 19.09.2013г.

Прохождение данного обследования было необходимо в связи с его служебной деятельностью, включение Т. в резерв отряда, направляемого в командировку в г. Сочи для поддержания общественного порядка во время проведения Олимпийских игр, ответчиком не оспаривалось.

Исходя из наличия у Т. направления на вышеуказанное обследование, времени записи на прием, избрания именно этого маршрута, времени и места следования по маршруту, следует вывод, что последний следовал к месту, указанному в направлении, для проведения указанного в нем обследования.

Судом установлено, что согласование времени освидетельствования было возможно самим кандидатом либо сотрудником ОРЛС подразделения, выдавшего направление.

Нахождение Т. в трудовом отпуске не являлось значимым по данному спору обстоятельством, так как в ч. 3 ст. 68 ФЗ № 342-ФЗ указаны обстоятельства, при которых признаются действия сотрудника полиции при исполнении служебных обязанностей, обстоятельства, безусловно исключающие это, указаны в ч. 4 ст. 68 этого закона.

Из смысла указанной нормы закона признание данных обстоятельств не ставится в зависимость нахождения сотрудника на службе (рабочее время) либо на отдыхе, так как это противоречило бы требованиям п. 2 ст. 27 Федерального закона РФ «О полиции» об обязанности сотрудника полиции независимо от занимаемой должности, места нахождения и времени суток принимать меры по предотвращению и пресечению преступлений, а также требованиям п.1 ч.3 ст. 68 Федерального закона «О службе в органах внутренних дел Российской Федерации…», указывающего на признание действий сотрудника полиции по предупреждению и пресечению правонарушений действиями при исполнении им служебных обязанностей.

Статья 17 данного закона указывает на необходимость прохождения кандидата на службу в органы внутренних дел психофизиологического обследования.

Т. имел направление на психофизиологическое обследование и психофизиологическое обследование с целью выявления факта употребления наркотических (токсических) веществ. Исходя из анализа норм закона, Правил профессионального психологического отбора на службу в органы внутренних дел и установленных обстоятельств, вывод суда о том, что Т. намеревался пребыть для обследования, которое не является медицинским обследованием, нельзя признать обоснованным.

(апелляционное определение от 24.06.2015 г., № 33-2782/2015)

Неверное толкование норм материального права, является основанием для отмены решения.

— А.Н.В . обратилась в суд с иском к ОАО «ГСК «Югория» о возложении обязанности исключить суммы доходов из налогооблагаемой базы.

Удовлетворяя исковые требования, суд пришел к выводу о том, что выплаты физическим лицам, имеющим характер возмещения причиненного им ущерба, материальных и моральных потерь по решению суда согласно Закону РФ «О защите прав потребителей», являются компенсационными и не относятся к доходам, в связи с чем, не подлежат включению в налогооблагаемый доход.

Судебная коллегия не может согласиться с данным выводом суда по следующим основаниям.

По смыслу статьи 57 Конституции Российской Федерации в системной связи с ее статьями 1 (ч. 1), 15 (ч. 2 и 3), 19 (ч. 1 и 2) законы о налогах должны содержать четкие и понятные нормы. Налоговый кодекс Российской Федерации предписывает, что все неустранимые сомнения, противоречия и неясности актов законодательства о налогах и сборах толкуются в пользу налогоплательщика (плательщика сборов) (п. 7 ст. 3).

Налоговые обязательства граждан являются прямым следствием их деятельности в экономической сфере, а их возникновению предшествует, как правило, вступление лица в гражданские правоотношения, на которых налоговые обязательства основаны, либо с которыми они тесно связаны.

Согласно п. 1 ст. 210 НК РФ при определении налоговой базы учитываются все доходы налогоплательщика, полученные им как в денежной, так и в натуральной формах, или право на распоряжение которыми, у него возникло, а также доходы в виде материальной выгоды, определяемой в соответствии со ст. 212 НК РФ.

В соответствии со ст. 41 НК РФ доходом признается экономическая выгода в денежной или натуральной форме, учитываемая в случае возможности ее оценки и в той мере, в которой такую выгоду можно оценить, и определяемая в соответствии с главами «Налог на доходы физических лиц», «Налог на прибыль организаций» данного Кодекса.

При этом, п. 1 ст. 208 НК РФ предусмотрено, что может относиться к доходам от источников в Российской Федерации для целей обложения налогом на доходы физических лиц.

Выплаты физическим лицам, призванные компенсировать в денежной форме причиненный им моральный вред, не относятся к экономической выгоде (доходу) гражданина, что в соответствии со статьями 41, 209 НК РФ означает отсутствие объекта налогообложения.

Однако, предусмотренные законодательством о защите прав потребителей санкции, носят исключительно штрафной характер. Их взыскание не преследует цель компенсации потерь (реального ущерба) потребителя.

Поскольку выплата сумм таких санкций приводит к образованию имущественной выгоды у потребителя, они включаются в доход гражданина на основании положений статей 41, 209 НК РФ вне зависимости от того, что получение данных сумм обусловлено нарушением прав физического лица.

Таким образом, включение ответчиком выплаченных истцу во исполнение решения суда денежных сумм, в виде неустойки и штрафа, взысканных в соответствии с Законом РФ «О защите прав потребителей», в облагаемый доход является правомерным.

В связи с чем, решение суда первой инстанции подлежит отмене с принятием по делу нового решения об отказе в удовлетворении исковых требований А.Н.В. к ОАО «Государственная страховая компания «Югория» о возложении обязанности исключить суммы доходов из налогооблагаемой базы.

(апелляционное определение от 17.11.2015 г., № 33-5400/2015)

— Б.Т.В. обратилась в суд с иском в интересах несовершеннолетней дочери Б.А.С. к Государственному Учреждению – Региональному отделению Фонда социального страхования по ХМАО-Югре о взыскании денежных средств в счет оплаты транспортных услуг по перевозке лежачего больного ребенка-инвалида в размере 66710 рублей, компенсации морального вреда в размере 200000 рублей

Удовлетворяя требование Б.Т.В. и взыскивая с ответчика стоимость вышеуказанного авиаперелета Б.А.С., суд первой инстанции пришел к выводу о ненадлежащей обязанности ФСС по обеспечению дочери истца бесплатными проездными талонами.

Между тем, с такими выводами суда первой инстанции не согласилась судебная коллегия по следующим основаниям.

В соответствии со статьями 9, 10 Федерального закона №181-ФЗ от 24 ноября 1995 года «О социальной защите инвалидов» основные направления реабилитации инвалидов включают в себя, в том числе санаторно-курортное лечение и проезд к месту лечения и обратно.

Дочь истца является ребенком-инвалидом и в силу ст. 6.1 Федерального Закона от 17 июля 1999 года №178-ФЗ «О государственной социальной помощи» (в редакции от 21 июля 2014 года, далее Закон №178-ФЗ) имеет право на бесплатный проезд на междугородном транспорте к месту лечения и обратно, в том числе сопровождающего лица.

В соответствии с пунктом 4.4 Порядка предоставления набора социальных услуг отдельным категориям граждан, утвержденного Приказом Минздравсоцразвития России от 29 декабря 2004 №328 (в редакции от 01 марта 2012 года, далее Порядок) обеспечение в рамках предоставления социальных услуг граждан бесплатным проездом к месту лечения и обратно, а также к месту лечения при наличии медицинских показаний осуществляется на основании направления и талона №2, оформленных органом исполнительной власти субъекта Российской Федерации в сфере здравоохранения, в порядке, определяемом Министерством здравоохранения и социального развития Российской Федерации.

Ни Федеральным законом, ни Правилами не предусмотрена возможность выплаты гражданину — получателю набора социальных услуг либо сопровождающему его лицу денежной компенсации стоимости проездных билетов, приобретенных ими самостоятельно.

Вопрос о компенсации расходов гражданам, имеющим право на получение государственной помощи и оплативших проезд к месту лечения и обратно самостоятельно, связан с внесением изменений в действующее законодательство и не входит в компетенцию суда.

Отказ истца от использования проездного талона не дает оснований для взыскания стоимости приобретенного истцом самостоятельно авиабилета, поскольку талон на оплату проезда в одном направлении на одного гражданина ответчиком был выдан, указанные талоны выдаются гражданину и в случае необходимости сопровождающему его лицо на право бесплатного проезда к месту лечения и обратно по одному на каждого в прямом и обратном направлениях.

Кроме того, обращаясь в суд с требованием о взыскании стоимости авиабилета в размере 63540 рублей по маршруту Санкт-Петербург – Москва – Ханты-Мансийский, Б.А.С., в нарушение статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, не были предоставлены доказательства отказа ОАО АК «ЮТэйр» произвести авиаперевозку ребенка-инвалида Б.А.С. по имеющемуся у нее талону ФСС и обязывание авиакомпанией истца на приобретение трех авиабилетов.

— П.Н.С. обратился в суд с иском УМВД РФ по ХМАО-Югре о предоставлении права первоочередного получения единовременной социальной выплаты.

Удовлетворяя исковые требования истца, суд первой инстанции руководствовался положениями Федерального закона от 19.07.2011 года №247-ФЗ «О социальных гарантиях сотрудникам органов внутренних дел Российской Федерации и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации», постановлением Правительства Российской Федерации от 30.12.2011 года № 1223 «О предоставлении единовременной социальной выплаты для приобретения или строительства жилого помещения сотрудникам органов внутренних дел Российской Федерации» и Методическими рекомендациями №1/2551 от 02.04.2012 года по принятию сотрудников территориальных органов (на окружном, межрегиональном и региональном уровнях) учреждений и организаций системы МВД России на учет для получения единовременной социальной выплаты для приобретения или строительства жилого помещения и ее предоставления, которыми определяется организация работы по принятию (отказу в принятии) сотрудников на учет.

Суд апелляционной инстанции с выводами суда не согласился, указав на то, что Постановлением Правительства Российской Федерации от 30.12.2011 года № 1223 утверждены правила предоставления единовременной социальной выплаты для приобретения или строительства жилого помещения сотрудникам органов внутренних дел РФ.

Принятие сотрудника на учет для получения единовременной выплаты осуществляется на основании заявления сотрудника на имя руководителя федерального органа исполнительной власти. На основании п. 20 Правил, сведения о сотруднике, принятом на учет для получения единовременной выплаты, заносятся в книгу учета в порядке очередности с учетом стажа службы сотрудника и даты подачи заявления. таким образом, право на получение единовременной выплаты носит заявительный характер.

Из правового смысла указанных выше пунктов Правил № 1223 следует, что при определении порядка очередности учитывается стаж службы и дата подачи заявления, при этом преимущество по стажу службы может быть предоставлено только среди сотрудников, подавших заявление в одну и ту же дату.

(апелляционное определение от 29.09.2015 г., № 33-4276/2015)

— Не надлежащая подготовка дела к судебному разбирательству повлекла отмену вынесенного решения в апелляционной порядке.

Решением районного суда исковые требования Департамента муниципальной собственности администрации города Ханты-Мансийска к Л.Е.Ю. о расторжении договора мены оставлены без удовлетворения.

Разрешая спор, суд первой инстанции исходил из того, что в данном случае не усматривается существенного нарушения условий договора одной из сторон, в связи с чем, отказал в удовлетворении заявленных требований и рассмотрел дело по существу.

Суд апелляционной инстанции, решение отменил, иск оставил без рассмотрения, указав следующее.

Согласно положений ст. 452 ГК РФ, 222 ГПК РФ, а также, разъяснений, данных в пункте 25 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 19.06.2012 г. № 13 «О применении судами норм гражданского процессуального законодательства», требование об изменении или о расторжении договора может быть заявлено стороной в суд только после получения отказа другой стороны на предложение изменить или расторгнуть договор либо неполучения ответа в срок, указанный в предложении или установленный законом либо договором, а при его отсутствии — в тридцатидневный срок.

Смотрите так же:  Приказ минприроды россии 195 от 30.06.2009

Материалы дела не содержат доказательств направления истцом требования в адрес Л.Е.Ю. о расторжении договора мены от 24.12.2010 года. Указанные обстоятельства подлежали оценке и выяснению на стадии принятия иска либо подготовки дела к судебному разбирательству.

(апелляционное определение от 13.01.2015, № 33—186/2015)

— Ханты-Мансийский межрайонный прокурор обратился в суд с иском к ответчику Л.И.Б. об обязании принятия мер к соблюдению требований лесного законодательства.

Из материалов дела следует и установлено судом первой инстанции, что на основании Договора аренды лесного участка, по результатам аукциона, Департаментом природных ресурсов и не сырьевого сектора экономики ХМАО-Югры ИП Л.Б.И. предоставлен во временное пользование лесной участок, площадью 11,6413 га., относящийся к землям лесного фонда, расположенный в Ханты-Мансийском районе Самаровском лесничестве Троицком участковом лесничестве в квартале № 184 выдела 17,61, для заготовки лесных ресурсов и сбора лекарственных растений.

Прокурор обратился в суд с исковыми требованиями к Индивидуальному предпринимателю, который осуществляет свою предпринимательскую деятельность и извлекает соответствующую прибыль, в соответствии с условиями Договора аренды лесного участка, заключенного с Департаментом природных ресурсов и не сырьевого сектора экономики ХМАО-Югры.

Материалами дела подтверждено, что истец зарегистрирован в качестве индивидуального предпринимателя, заключил договор аренды земельного участка, представленного по результатам аукциона (заготовка пищевых лесных ресурсов и сбор лекарственных растений) для использования в целях предпринимательской деятельности

Судебная коллегия пришла к выводу о том, что заявленный истцом спор не подведомственен суду общей юрисдикции.

(апелляционное определение от 29.09.2015 г., № 33-4244/2015)

Не правильное применение норм процессуального права, послужило основанием для отменны определения.

— Истец П.М.И. обратился в суд с иском к Департаменту муниципальной собственности Администрации города Ханты-Мансийска о признании фактически сложившихся правоотношений отношениями на основании договора социального найма, признании договора социального найма жилого помещения заключенным, возложении обязанности заключить договор социального найма жилого помещения в письменной форме.

При разрешении спора, суд первой инстанции пришел к выводу, что ранее судом рассматривался аналогичный спор. Решением Ханты-Мансийского районного суда от 04.04.2011 г., вступившим в законную силу, по исковому заявлению П.М.И. к Администрации муниципального образования город Ханты-Мансийск, Департаменту муниципальной собственности Администрации города Ханты-Мансийска о признании права пользования жилым помещением и понуждении заключить договор социального найма. В удовлетворении иска было отказано, исходя из того, что вступившее в законную силу решение суда имеет преюдициальное значение для рассмотрения вновь заявленных требований. Суд исходил из того, что в соответствии с положениями ч. 2 ст. 61 ГПК РФ обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным постановлением по ранее рассмотренному делу, обязательны для суда. Указанные обстоятельства не доказываются вновь и не подлежат оспариванию при рассмотрении другого дела, в котором участвуют те же лица.

Однако судом первой инстанции не учтено, что решением суда по ранее рассмотренному спору были установлены обстоятельства отсутствия прав П.М.И. пользования квартирой № 1, расположенной по адресу г. Ханты-Мансийск ул. Ферма Горная, д. 12 на условиях договора социального найма по мотиву непредставления документов, подтверждающих вселение. Прекращение производства по делу допускается в случае тождественности требований, совпадающих как по предмету, так и по основанию. Из смысла заявленных вновь требований усматривается, что основания заявлены иные. Поэтому, несмотря на то, что спор между теми же сторонами и о том же предмете, суд первой инстанции правильно пришел к выводу о возможности его рассмотрения по существу. Исследовав доводы сторон, представленные доказательства, но, по сути, оценку доводам истца не дал.

Обзор судебной практики президиума суда Ханты-Мансийского автономного округа — Югры за II полугодие 2012 года (утв. постановлением президиума суда Ханты-Мансийского АО — Югры от 25 января 2013 г.)

Обзор судебной практики президиума суда Ханты-Мансийского АО — Югры за II полугодие 2012 года
(утв. постановлением президиума суда Ханты-Мансийского АО — Югры от 25 января 2013 г.)

Дела, рассмотренные районными, городскими судами, судом апелляционной (кассационной) инстанции, судебные постановления по которым отменены в кассационном (надзорном) порядке

1. Суд не вправе осуществлять раздел имущества супругов в случае наличия между ними соответствующего соглашения, содержащего все существенные условия, в том числе перечень имущества, подлежащего разделу. Не исполнение договора не влечет его недействительность, односторонний отказ от исполнения договора не допускается.

У.М. обратился в суд с иском к У.Н. о разделе совместно нажитого имущества, вселении и устранении препятствий в пользовании имуществом. У.Н. обратилась в суд с встречным иском к У.М. о разделе совместно нажитого имущества.

Решением суда первой инстанции, оставленным без изменения кассационной инстанцией, требования сторон были удовлетворены частично.

Разрешая спор, судебные инстанции пришли к выводу о том, что, поскольку фактически раздел совместно нажитого имущества на условиях, указанных в соглашении, заключенном между супругами в марте 2009 г., до настоящего времени не произведен и до настоящего времени между ними существует спор, следовательно, стороны отказались от исполнения этого договора и раздел имущества должен быть осуществлен судом.

Отменяя судебные постановления, принятые по настоящему делу, и направляя дело на новое рассмотрение в суд первой инстанции, президиум указал следующее.

Судебными инстанциями не учтено, что в соответствии с пунктом 1 статьи 256 Гражданского кодекса Российской Федерации, частью 1 статьи 34 Семейного кодекса Российской Федерации имущество, нажитое супругами во время брака, является их совместной собственностью, если договором между ними не установлен иной режим этого имущества.

Согласно части 1 статьи 39 Семейного кодекса Российской Федерации при разделе общего имущества супругов и определении долей в этом имуществе доли супругов признаются равными, если иное не предусмотрено договором между супругами.

В силу пункта 2 статьи 38 Семейного кодекса РФ общее имущество супругов может быть разделено между супругами по их соглашению. По желанию супругов их соглашение о разделе общего имущества может быть нотариально удостоверено.

Являясь договором (ст. 153, п. 3 ст. 154 Гражданского кодекса Российской Федерации), соглашение о разделе общего имущества супругов, в силу п. 1 ст. 432 Гражданского кодекса Российской Федерации, считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора.

В марте 2009 года между сторонами в письменной форме было заключено соглашение о разделе имущества, содержащее все существенные условия. Не исполнение договора не влечет его недействительность, односторонний отказ от исполнения договора не допускается (ст. 310 ГК РФ). В установленном законом порядке соглашение о разделе имущества недействительным не признано. В связи с чем оснований для не принятия соглашения о разделе имущества у судов первой и второй инстанций не имелось, состав имущества, подлежащего разделу в судебном порядке, учитывая наличия соглашения о разделе имущества, судами определен неправильно.

Постановление N 44-г-22/2012

2. При решении вопроса о распределении судебных расходов между сторонами судам следует исходить из того, что по общему правилу государственная пошлина по искам о разделе (выделе) имущества должна исчисляться из стоимости спорного имущества. Таким образом, в случае если истцом заявлено требование о разделе имущества, в том числе о признании за ним права собственности на совместно нажитого имущества, следовательно, государственная пошлина рассчитывается исходя из стоимости 1/2 доли спорного жилого помещения.

С.Т. обратилась в суд с исковыми требованиями к С.С. о разделе совместно нажитого во время брака имущества.

Решением суда первой инстанции, оставленным без изменения кассационной инстанцией, в собственность С.Т. и С.С., выделено по 1/2 доли в праве собственности на жилое помещение, распределена госпошлина исходя из общей стоимости имущества.

Изменяя судебные постановления в части распределения судебных расходов между сторонами, президиум указал следующее.

При разделе общего имущества супругов определяются доли в этом имуществе, причитающиеся каждому из супругов (пункт 1 статья 254 Гражданского кодекса Российской Федерации). В пункте 1 статьи 39 Семейного кодекса Российской Федерации диспозитивно закреплен принцип равенства долей супругов.

Вместе с тем, судебными инстанциями не учтено, что пунктом 2 части 1 статьи 91 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации установлено, что цена иска определяется по искам об истребовании имущества, исходя из стоимости истребуемого имущества.

В подпункте 9 пункта 1 статьи 333.20 Налогового кодекса Российской Федерации указано, что при обращении в суды общей юрисдикции, к мировым судьям, при затруднительности определения цены иска в момент ее предъявления размер государственной пошлины предварительно устанавливается судьей с последующей доплатой недостающей суммы государственной пошлины на основании цены иска, определенной судом при разрешении дела.

Таким образом, государственная пошлина по искам о разделе (выделе) имущества должна исчисляться из стоимости имущества. В данном случае, из стоимости размера имущества передаваемого истцу — С.Т.

С учетом требования норм Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации и Налогового кодекса Российской Федерации, при подаче искового заявления истец — С.Т. должна была уплатить государственную пошлину исходя из стоимости 1/2 доли спорного жилого помещения — квартиры, на которое она претендовала.

В соответствии с требованиями статьи 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу расходы. Специфика правил части 1 статьи 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации состоит в том, что они обязывают суд присуждать стороне, в пользу которой принято решение, все понесенные судебные расходы, причем именно за счет другой стороны.

При вынесении решения в части взыскания государственной пошлины подлежали применению во взаимосвязи статьи 98 и 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации. С истца, в пользу которой состоялось решение, государственная пошлина взысканию не подлежала, она должна быть взыскана с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов. Кроме того, с ответчика в пользу истца подлежали взысканию понесенные ею по делу соответствующие расходы, то есть уплаченная при подаче иска государственная пошлина.

Постановление N 44-г-23/2012

3. Процессуальные издержки, связанные с хранением и реализацией вещественных доказательств, возмещаются в порядке, предусмотренном законодательством Российской Федерации, а именно, если поклажедателем выступает сотрудник ОМВД, следовательно, на организации, в которой он работает, лежит обязанность по возмещению хранителю произведенных расходов на хранение вещественных доказательств.

Общество обратилось в суд с иском к ОМВД о взыскании расходов за оказанные услуги по хранению вещественных доказательств по уголовному делу.

Решением суда первой инстанции, оставленным без изменения кассационной инстанцией, в удовлетворении иска Обществу отказано.

Отказывая в удовлетворении иска Обществу, судебные инстанции исходили из того, что согласно статье 132 Уголовного процессуального кодекса Российской Федерации взыскание процессуальных издержек осуществляется с осужденных или возмещается за счет средств федерального бюджета. Указанные суммы выплачиваются по постановлению дознавателя, следователя, прокурора либо судьи по определению суда. При этом суды мотивировали отказ в иске тем, что поскольку отсутствует договор хранения между сторонами спора, то взыскание расходов по хранению вещественных доказательств должно осуществляться либо за счет средств федерального бюджета Министерства финансов РФ или с осужденных лиц, в связи с чем ОМВД признано ненадлежащим ответчиком. Кроме этого указано, что замена ответчика по гражданскому делу является правом, а не обязанностью суда, тем более, если об этом не ходатайствует сторона спора.

Отменяя судебные постановления и направляя дело на новое рассмотрение в суд первой инстанции, президиум указал следующее.

Судебными инстанциями не учтено, что в соответствии с пунктом 6 части 2 статьи 131 Уголовного процессуального кодекса Российской Федерации к процессуальным издержкам, возмещаемым за счет средств федерального бюджета либо средств участников уголовного судопроизводства, относятся суммы, израсходованные на хранение вещественных доказательств. Указанные суммы выплачиваются по постановлению дознавателя, следователя, прокурора или судьи либо по определению суда.

Согласно статьи 132 Уголовного процессуального кодекса Российской Федерации процессуальные издержки взыскиваются с осужденных или возмещаются за счет средств федерального бюджета (часть 1 статьи 132 Уголовного процессуального кодекса Российской Федерации), причем последнее осуществляется, в том числе в случае имущественной несостоятельности лица, с которого должны быть взысканы (часть 6 статьи 132 Уголовного процессуального кодекса Российской Федерации).

При безвозмездном хранении поклажедатель обязан возместить хранителю, произведенные им необходимые расходы на хранение вещи, если законом или договором хранения не предусмотрено иное (пункт 2 статьи 897 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В силу пункта 9 Постановления Правительства РФ от 20.08.2002 года N 620 «Об утверждении положения о хранении и реализации предметов, являющихся вещественными доказательствами, хранение которых до окончания уголовного дела или при уголовном деле затруднительно» финансирование мероприятий, связанных с хранением и реализацией вещественных доказательств, осуществляется за счет средств, предусмотренных на текущее содержание уполномоченного органа в соответствии с законодательством РФ. Процессуальные издержки, связанные с хранением и реализацией вещественных доказательств, возмещаются в порядке, предусмотренном законодательством РФ.

Основанием для возникновения гражданско-правовых обязательств граждан или юридических лиц по хранению вещественных доказательств является исполнение публично-правовой обязанности, возлагаемой на них в силу закона решением органа предварительного расследования.

Ввиду того, что поклажедателем в данном случае выступал сотрудник ОМВД, в соответствии со статьей 897 Гражданского кодекса Российской Федерации, на организации, в которой он работает, лежит обязанность по возмещению хранителю Обществу произведенных расходов на хранение вещественных доказательств.

Кроме этого, Общество не являлось лицом, участвующим в уголовном деле, в связи с чем лишено возможности требовать возмещения расходов, связанных с хранением вещественных доказательств по этому делу, в каком-либо ином судебном порядке.

Постановление N 44-г-24/2012

4. Срок исковой давности по спорам о разделе совместно нажитого имущества, после расторжения брака начинает течь с того дня, когда одним из бывших супругов будет совершено действие, препятствующее другому супругу осуществлять свои права в отношении этого имущества.

Я. обратился в суд с иском к А. о разделе квартиры как общего имущества супругов.

Решением суда первой инстанции, оставленным без изменения судом апелляционной инстанции, в иске отказано.

Отказывая в иске, суд нашел пропущенным срок исковой давности для обращения в суд, поскольку уже с момента приобретения жилья в 2000 году Я. знал, что квартира куплена на имя его жены, в 2004 году брак между сторонами был расторгнут, в 2005 году истец снялся с регистрационного учета по квартире, и до конца 2011 года никаких притязаний на квартиру не предъявлял.

Отменяя судебные постановления и направляя дело на новое рассмотрение в суд первой инстанции, президиум указал следующее.

Судебными инстанциями не учтено, что в соответствии с п. 1 ст. 34 Семейного кодекса РФ имущество, нажитое супругами во время брака, является их совместной собственностью.

При разделе общего имущества супругов и определении долей в этом имуществе доли супругов признаются равными, если иное не предусмотрено договором между супругами (п. 2 ст. 39 Семейного кодекса РФ).

Согласно п. 1 ст. 38 Семейного кодекса РФ раздел общего имущества супругов может быть произведен как в период брака, так и после его расторжения по требованию одного из супругов.

Судом установлено, что Я. обратился в суд с исковым заявлением к А. о разделе совместно нажитого имущества. В обоснование требований истец указал, что 01 октября 2004 года между ним и ответчиком решением мирового судьи был расторгнут брак. Заявление о разделе совместно нажитого имущества не подавалось. Ему и ответчику на праве общей долевой собственности принадлежит жилое помещение — 2-х комнатная квартира, доли каждого из них юридически не закреплены. В октябре 2011 г. возник спор о разделе указанного совместно нажитого имущества, поскольку ответчик хотела продать квартиру. Просил признать жилое помещение общей совместной собственностью супругов, разделить жилое помещение и выделить ему в собственность 1/2 доли указанного жилого помещения.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 19 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.01.1998 N 15 «О применении судами законодательства при рассмотрении дел о расторжении брака» течение трехлетнего срока исковой давности для требований о разделе имущества, являющегося общей совместной собственностью супругов, брак которых расторгнут (пункт 7 статьи 38 СК РФ), следует исчислять не со времени прекращения брака (дня государственной регистрации расторжения брака в книге регистрации актов гражданского состояния при расторжении брака в органах записи актов гражданского состояния, а при расторжении брака в суде — дня вступления в законную силу решения), а со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права (пункт 1 статья 200 ГК РФ).

Президиум находит, что срок исковой давности, после расторжения брака начинает течь с того дня, когда одним из бывших супругов будет совершено действие, препятствующее другому супругу осуществлять свои права в отношении этого имущества. В рассматриваемом случае с момента спора по поводу продажи квартиры.

Из дела видно, что по существу дело судом первой инстанции не рассматривалось, решение было вынесено в предварительном судебном заседании. На основании изложенного, состоявшиеся по делу судебные постановления были отменены, а дело направлено в суд первой инстанции для рассмотрения по существу.

Постановление N 44-г-25/2012

5. Существенным условием заключения договора займа является факт передачи денежных средств.

Б. обратился в суд с иском к Ю. о взыскании долга.

Решением суда первой инстанции исковые требования удовлетворены частично, постановлено взыскать с Ю. в пользу Б. сумму займа в размере 18 100 000 руб., в остальной части иска отказано.

Определением судебной коллегии по гражданским делам суда Ханты-Мансийского автономного округа, решение суда первой инстанции отменено, и дело направлено на новое рассмотрение.

Отменяя решение суда, суд кассационной инстанции пришел к выводу, что судом были неправильно определены обстоятельства, имеющие значение для дела. Суд кассационной инстанции указал, что из расписок не следует, что Ю. получил денежные средства в собственность, поэтому вывод суда о заключении сторонами договоров займа ошибочен. Правоотношения сторон носят иной характер, который судом не был установлен.

Определением суда от 03.04.2012 г. производство по делу прекращено, в связи с не подведомственностью спора суду общей юрисдикции.

Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам суда ХМАО — Югры от 29.05.2012 г. определение суда от 03.04.2012 г. оставлено без изменения.

Отменяя определение судебной коллегии по гражданским делам суда Ханты-Мансийского автономного округа от 15.12.2011 г., определение суда от 03.04.2012 г. и апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам суда ХМАО — Югры от 29.05.2012 г., оставляя в силе первое решение суда первой инстанции и отменяя последующие, президиум указал, что если суд кассационной инстанции пришел к выводу, что между сторонами сложились отношения вытекающие не из договора займа, а иные, то суд кассационной инстанции должен был их соответствующе квалифицировать.

Установлено, что Б. обратился в суд с иском к Ю., о взыскании с него в свою пользу 18 250 000 рублей, ссылаясь на то, что в период с октября по декабрь 2010 года ответчик взял у него взаймы указанные денежные средства, обещая вернуть долг после продажи имущества ООО. Данное отлагательное условие наступило, но до настоящего времени денежные средства возвращены не были. В подтверждение своих доводов истец представил расписки, написанные Ю.

В соответствии с п. 1 ст. 809 ГК РФ по договору займа одна сторона (займодавец) передает в собственность другой стороне (заемщику) деньги или другие вещи, определенные родовыми признаками, а заемщик обязуется возвратить займодавцу такую же сумму денег (сумму займа) или равное количество других полученных им вещей того же рода и качества. Договор займа считается заключенным с момента передачи денег или других вещей.

Судом установлено, что такая передача денег от Б. к Ю. состоялась, в подтверждение чего последним и были выданы расписки.

На основании п. 2 ст. 808 ГК РФ в подтверждение договора займа и его условий может быть представлена расписка заемщика или иной документ, удостоверяющие передачу ему займодавцем определенной денежной суммы или определенного количества вещей.

Президиум находит, что из приведенных норм не следует, что в расписках или в договоре займа должно, быть отражено условие о принятии заемщиком денежных средств в свою собственность, достаточен сам факт передачи денег заемщику.

Доводы Ю. о том, что он не является надлежащим ответчиком, т.к. денежные средства по распискам брал не для личных нужд и не в свою собственность, брал денежные средства как руководитель общества, были исследованы в суде первой инстанции и своего подтверждения не нашли.

Суд первой инстанции обоснованно указал, что свои доводы Ю. не подтвердил надлежащими и допустимыми доказательствами.

В соответствии со ст. 60 ГПК РФ обстоятельства дела, которые в соответствии с законом должны быть подтверждены определенными средствами доказывания, не могут подтверждаться никакими другими доказательствами.

Сторонами не оспаривался тот факт, что стороны являются учредителями ООО «Сервис..», ООО «Мастер-. «, ООО «А. «, ООО «Ю. «.

В соответствии с Федеральным законом от 08 февраля 1998 г. N 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» участник общества с ограниченной ответственностью может быть привлечен к участию в финансировании деятельности общества в случаях: увеличения уставного капитала общества за счет дополнительных вкладов его участников (ст. 19), внесения участниками вкладов в имущество общества (ст. 27).

Суд первой инстанции правильно указал, что применительно к названным нормам допустимыми доказательствами привлечения участников общества к финансированию его деятельности будут являться решения общего собрания участников общества об увеличении уставного капитала за счет дополнительных вкладов его участников либо возложении на участников дополнительной обязанности по внесению вкладов в имущество общества. При этом решение об увеличении уставного капитала общества за счет дополнительных вкладов его участников является основанием для внесения в учредительные документы общества изменений, которые подлежат регистрации в установленном порядке. Однако таких документов суду представлено не было.

Кроме того, Ю. не были представлены, финансовые документы (первичные документы, регистры бухгалтерского учета), свидетельствующие о том, что полученные от Б. денежные средства были приняты и оприходованы именно юридическими лицами как заемные средства на основании указанных расписок и затем внесены на расчетные счета или кассу этих юридических лиц, в соответствии с Федеральным законом «О бухгалтерском учете».

На основании ст. 9 приведенного закона, все хозяйственные операции, проводимые организацией, должны оформляться оправдательными документами. При этом, первичные учетные документы принимаются к учету, если они составлены по форме, содержащейся в альбомах унифицированных форм первичной учетной документации, а документы, форма которых не предусмотрена в этих альбомах, должны содержать следующие обязательные реквизиты: наименование документа; дату составления документа; наименование организации, от имени которой составлен документ; содержание хозяйственной операции; измерители хозяйственной операции в натуральном и денежном выражении; наименование должностей лиц, ответственных за совершение хозяйственной операции и правильность ее оформления; личные подписи указанных лиц. Документы, которыми оформляются хозяйственные операции с денежными средствами, подписываются руководителем организации и главным бухгалтером или уполномоченными ими на то лицами.

Кроме того, президиум находит, что не имеет значение куда и для чего заемщик намерен использовать заемные средства.

Из представленных суду расписок не следует, также и то, что Ю. действовал как единоличный исполнительный орган юридического лица, в пределах представленных ему полномочий (п. 1 ст. 53 ГК РФ).

При этом необходимо учесть, что суд не является самостоятельным субъектом собирания доказательств.

Президиум считает необходимым учесть и то обстоятельство, что в тот же период времени, передавая денежные средства от своего имени, Ю. их прием оформляет надлежащим образом.

Так, в соответствии с договорами займа, заключенными между ООО «Сервис-. «, ООО «А. » и Ю., Ю., действуя как руководитель указанных юридических лиц, берет взаем денежные средства от Ю. уже как физического лица. При этом факт внесения денежных средств в кассу и на счет, этих юридических лиц уже оформляется приходным ордером, расходным ордером.

На основании изложенного, президиум суда находит верными выводы суда первой инстанции о том, что представленные Б. расписки, написанные Ю., подтверждают факт заключения между сторонами договоров займа, так как данные документы свидетельствуют о наличии всех существенных условий данного вида сделок, указанных в статье 807 Гражданского кодекса Российской Федерации, а именно: что одна сторона Б. передал в собственность другой стороне Ю. в период времени с октября по декабрь 2010 года деньги в сумме 18 250 000 рублей, а Ю. обязался вернуть 18 100 000 рублей после продажи им имущества ООО «Ю. «, а 150 000 рублей, полученные 25 декабря 2010 года в течение шести месяцев, т.е. до 26 июня 2011 года.

Постановление N 44-г-29/2012

6. Отказ в выдаче визы для туристической поездки является существенным изменением обстоятельств и влечет возникновение у лица права на отказ от исполнения договора возмездного оказания услуг. При решении вопроса о размере суммы, подлежащей возвращению лицу, судам следует учитывать, что последствием отказа заказчика является его обязанность возместить исполнителю фактически понесенные им до момента отказа от исполнения договора необходимые расходы, связанные с приготовлением к оказанию услуги.

Б. обратилась в суд с иском к ИП Г. о расторжении договора оказания услуг, взыскании денежных средств, неустойки, убытков, компенсации морального вреда.

Решением суда первой инстанции требования Б. удовлетворены частично.

Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам решение суда первой инстанции отменено с принятием нового решения об отказе Б. в удовлетворении исковых требований.

Отказывая Б. в удовлетворении исковых требований о защите прав потребителя в полном объеме, суд апелляционной инстанции сослался на то, что в соответствии с пунктом 7.2 заключенного между сторонами договора в случае отказа клиента от туристической путевки менее чем за 5 суток оплаченная сумма возмещению не подлежит.

Отменяя апелляционное определение и направляя дело на новое апелляционное рассмотрение, президиум указал следующее.

Судом не учтено, что в статье 1 Федерального закона от 24 ноября 1996 года N 132-ФЗ «Об основах туристской деятельности» туристский продукт определен как комплекс услуг по перевозке и размещению, оказываемых за общую цену (независимо от включения в общую цену стоимости экскурсионного обслуживания и (или) других услуг) по договору о реализации туристского продукта.

Смотрите так же:  Заявление на регистрацию авто

В соответствии со статьей 10 Федерального закона РФ от 24 ноября 1996 года N 132-ФЗ «Об основах туристской деятельности в Российской Федерации» (далее Закона об основах туристской деятельности) реализация туристского продукта осуществляется на основании договора, который должен соответствовать законодательству Российской Федерации, в том числе законодательству о защите прав потребителей.

Из части 5 статьи 10 Закона об основах туристской деятельности следует, что каждая из сторон вправе потребовать изменения или расторжения договора о реализации туристского продукта в связи с существенным изменением обстоятельств, из которых исходили стороны при заключении договора.

В соответствии с абз. 4 части 6 статьи 10 Закона об основах туристской деятельности к существенным изменениям обстоятельств относится, в том числе невозможность совершения туристом поездки по независящим от него обстоятельствам (болезнь туриста, отказ в выдаче визы и другие обстоятельства).

Получив отказ в предоставлении визы, истица реализовала своё право, предусмотренное п. 1 статьи 782 Гражданского кодекса Российской Федерации, согласно которому заказчик вправе отказаться от исполнения договора возмездного оказания услуг при условии оплаты исполнителю фактически понесенных им расходов.

Исходя из смысла данной нормы, право заказчика на отказ является безусловным.

Ссылка суда апелляционной инстанции на условия договора является несостоятельной, поскольку согласно ч. 1 ст. 16 Закона РФ «О защите прав потребителей» условия договора, ущемляющие права потребителя по сравнению с правилами, установленными законами или иными правовыми актами Российской Федерации в области защиты прав потребителей признаются недействительными.

Последствием отказа заказчика является его обязанность возместить исполнителю фактически понесенные им до момента отказа от исполнения договора необходимые расходы, связанные с приготовлением к оказанию услуги. Аналогичная норма содержится в ст. 32 Закона Российской Федерации от 07 февраля 1992 года N 2300-1 «О защите прав потребителей».

Судом апелляционной инстанции не учтены положения ч. 2 ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, согласно которым суд определяет, какие обстоятельства имеют значение для дела, какой стороне надлежит их доказывать, выносит обстоятельства на обсуждение, даже если стороны на какие-либо из них не ссылались.

В соответствии с нормой ст. 782 Гражданского кодекса Российской Федерации исполнитель обязан предоставить доказательства фактически понесенных расходов.

К фактически понесенным расходам могут быть отнесены расходы, которые понес туроператор в связи с организацией тура, и которые он подтвердил надлежащими доказательствами. К таким расходам могут относиться и штрафные санкции, уплаченные туроператором в связи с организацией туристского продукта своим иностранным контрагентам (гостиницам, туристическим агентствам, экскурсионным бюро и т.д.), допустимые нормами права иностранных государств.

Следовательно, по данному делу, исходя из заявленных требований юридически значимым и подлежащим доказыванию являлось выяснение суммы фактически понесенных расходов турагента по предоставлению истице услуг.

Постановление N 44-г-35/2012

7. Граждане, являющиеся инвалидами, страдающими тяжелыми формами хронических заболеваний, вставшие до 1 января 2005 г. на учет нуждающихся в жилых помещениях, предоставляемых по договору социального найма, имеют право на обеспечение жилым помещением по договору социального найма во внеочередном порядке.

Г. обратилась в суд в интересах Д. к администрации с иском о предоставлении ему жилого помещения пригодного для проживания по договору социального найма не менее нормы предоставления.

Решением суда первой инстанции требования удовлетворены и постановлено обязать администрацию города предоставить вне очереди жилое помещение по договору социального найма не менее нормы предоставления Д.

Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам решение суда первой инстанции отменено и вынесено новое решение, которым в удовлетворении иска о предоставлении жилого помещения отказано.

Суд апелляционной инстанции, соглашаясь с выводом суда об отсутствии необходимости у Г. предоставлять сведения об имущественном положении, полагал ошибочным вывод суда первой инстанции о применении п. 3 ч. 2 ст. 57 Жилищного кодекса Российской Федерации, устанавливающего право перечисленных в нем лиц на внеочередное предоставление жилья, в связи с отсутствием доказательств, свидетельствующих о том, что у Г. с составом семьи 5 человек, не имеется иного жилого помещения принадлежащего им на праве собственности или социального найма, а также проживание в жилом доме, занятым несколькими семьями, а не одной семьей. Суд апелляционной инстанции пришел к выводу о необходимости Г. снова встать на учет в соответствии с действующим жилищным законодательством для получения права на внеочередное предоставление жилого помещения.

Отменяя апелляционное определение и оставляя в силе решение суда первой инстанции, президиум указал следующее.

Судами установлено, что Г. является опекуном своего совершеннолетнего сына, Д., признанного недееспособным, проживающего с её семьей из 5 человек, в принадлежащем ей на праве собственности жилом доме общей площадью 51,4 кв. м.

Д. является инвалидом 1 группы, страдающим тяжелой формой хронического заболевания, при которой совместное проживание с ним в одной квартире невозможно, что установлено актом освидетельствования в федеральном государственном учреждении медико-социальной экспертизы от 7 июля 2006 года. Этим заболеванием Д. страдает с рождения, первоначально признан инвалидом 1 группы по данному заболеванию не позднее 6 сентября 2004 года.

Г. состоит в нескольких списках очередности на улучшение жилищных условий по дате подачи заявления 22 декабря 1993 года: общем под N 33, первоочередном под N 22, на жилищную субсидию под N 6.

В первоочередном списке истец состоит в силу п. 3 ч. 1 ст. 36 ЖК РСФСР как имеющая ребенка-инвалида, страдающего тяжелой формой хронического заболевания, включенного в список заболеваний, дающих право лицам, страдающим этими заболеваниями, на первоочередное получение жилой площади.

Удовлетворяя исковые требования, суд первой инстанции правильно руководствовался п. 3 ч. 2 ст. 57 Жилищного кодекса Российской Федерации, предусматривающим внеочередное предоставление жилых помещений по договорам социального найма гражданам, страдающим тяжелыми формами хронических заболеваний, указанными в предусмотренном п. 4 ч. 1 ст. 51 Кодекса перечне, к которым относится и заболевание, имеющееся у Д.

Суд первой инстанции обоснованно пришел к выводу о том, что право на внеочередное получение жилья в связи с изменением законодательства им не утрачено.

Так, ч. 1 ст. 17 Федерального закона от 24 ноября 1995 г. N 181-ФЗ «О социальной защите инвалидов в Российской Федерации» предусмотрено, что инвалиды принимаются на учет и обеспечиваются жилыми помещениями в порядке, предусмотренном законодательством Российской Федерации и законодательством субъектов Российской Федерации.

В п. 3 ч. 2 ст. 57 Жилищного кодекса Российской Федерации установлено, что гражданам, страдающим тяжелыми формами хронических заболеваний, жилые помещения по договору социального найма предоставляются вне очереди.

В соответствии с ч. 2 ст. 6 Федерального закона от 29 декабря 2004 г. N 189-ФЗ «О введении в действие Жилищного кодекса Российской Федерации» граждане, принятые на учет до 1 марта 2005 г., в целях последующего предоставления им жилых помещений по договорам социального найма, сохраняют право состоять на данном учете до предоставления им жилых помещений по договорам социального найма. Указанные граждане снимаются с учета в качестве нуждающихся в жилых помещениях по основаниям, предусмотренным подпунктами 1, 3 — 6 ч. 1 ст. 56 Жилищного кодекса Российской Федерации, а также в случае утраты ими оснований, которые давали им право на получение жилых помещений по договорам социального найма до введения в действие Жилищного кодекса Российской Федерации. Указанным гражданам жилые помещения по договорам социального найма предоставляются в порядке, предусмотренном Жилищным кодексом Российской Федерации, с учетом положений настоящей части.

Таким образом, жилые помещения по договорам социального найма указанным лицам предоставляются в порядке, предусмотренном Жилищным кодексом Российской Федерации, с учетом приведенных положений части 2 статьи 6 Федерального закона от 29 декабря 2004 г. N 189-ФЗ «О введении в действие Жилищного кодекса Российской Федерации».

Из статьи 31 Федерального закона от 24 ноября 1995 г. N 181-ФЗ «О социальной защите инвалидов в Российской Федерации» следует, что при наличии нескольких нормативно установленных форм реализации одного и того же права та или иная форма определяется инвалидом по его выбору.

Учитывая изложенное, граждане, являющиеся инвалидами, страдающими тяжелыми формами хронических заболеваний, вставшие до 1 января 2005 г. на учет нуждающихся в жилых помещениях, предоставляемых по договору социального найма, имеют право на обеспечение жилым помещением по договору социального найма во внеочередном порядке.

Судом апелляционной инстанции при разрешении возникшего спора было допущено существенное нарушение норм материального права и при вынесении оспариваемого определения не применен закон, подлежащий применению к возникшим правоотношениям сторон.

Постановление N 44-г-38/2012

8. Займодавец имеет право на получение с заемщика процентов на сумму займа в размерах и в порядке, предусмотренном договором, проценты выплачиваются ежемесячно до дня возврата суммы займа. Истечение срока договора займа не является основанием для прекращения обязательств, вытекающих из договора займа, как по уплате основной суммы долга, так и процентов по нему.

М. обратился в суд с иском к Н. о взыскании долга по договору займа, процентов за пользование заемными средствами и пени за нарушение условий договора.

Решением суда первой инстанции, оставленным без изменения определением апелляционной инстанции, иск удовлетворен частично, взыскано с Н. в пользу М. долг по договору займа в сумме 250 000 рублей, проценты за пользование заемными средствами в сумме 133 325 рублей, пени за нарушение условий договора 100 000 рублей, расходы по оплате государственной пошлины в размере 8 033 рубля 25 копеек.

Удовлетворяя частично требования истца о взыскании процентов за пользование заемными средствами, суд исходил из того, что ответчик по условиям договора взял у истца в долг денежные средства сроком на один месяц с условием выплаты 30% в месяц, следовательно, указанная процентная ставка была установлена лишь на один месяц, за следующие дни пользования денежными средствами истец имеет право на получение процентов, предусмотренных ст. 395 ГК РФ, взыскал в пользу истца проценты за пользование заемными денежными средствами из расчета 30% за один месяц в размере 75000 рублей, за период с 19 января 2009 года по 19 декабря 2012 года исходя из учетной ставки банковского процента в соответствии со ст. 395 ГК РФ в размере 58325 рублей.

Отменяя судебные постановления, принятые по делу, в части взыскания процентов за пользование чужими денежными средствами и направляя в указанной части дело на новое рассмотрение в суд первой инстанции, президиум указал следующее.

Судебными инстанциями не учтено, что между сторонами был заключен договор займа от 19 декабря 2008 года, по условиям которого Н. взял у М. деньги в сумме 250 000 рублей под 30% в месяц, сроком на один месяц, с обязанностью отдать 19.01.2009 г. деньги в сумме 250 000 рублей, плюс 75 000 рублей проценты за месяц, с взиманием пени в размере 3% в день от взятой суммы за каждый день просрочки, независимо от основных процентов.

Судом установлено, что обязательства по договору займа заемщиком не исполнены, доказательств возврата долга в соответствии со ст. 56 ГПК РФ не представлено.

Согласно разъяснениям (п. 15) Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации N 13/14 от 8 октября 1998 года «О практике применения положений Гражданского кодекса РФ о процентах за пользование чужими денежными средствами» проценты, уплачиваемые заемщиком на сумму займа в размере и порядке, определенных п. 1 ст. 809 ГК РФ, являются платой за пользование денежными средствами и подлежат уплате должником по правилам об основном денежном долге.

В соответствии с п. 1, 2 ст. 809 ГКРФ, если иное не предусмотрено законом или договором займа, займодавец имеет право на получение с заемщика процентов на сумму займа в размерах и в порядке, предусмотренном договором, проценты выплачиваются ежемесячно до дня возврата суммы займа.

Следовательно, истечение срока договора зай

ма не является основанием для прекращения обязательств, вытекающих из договора займа, как по уплате основной суммы долга, так и процентов по нему.

Постановление N 44-г-40/2012

9. Реализация транспортного средства без снятия его с учета не освобождает лицо от обязанности по уплате транспортного налога.

К. обратился в суд с заявлением о признании неправомерными действий ИФНС по доначислению транспортного налога за период с 2003 г. по 13.01.2010 г.

Решением суда первой инстанции, оставленным без изменения определением апелляционной инстанции, заявленные требования удовлетворены частично, доначисление транспортного налога признано незаконным с момента вступления в законную силу решения суда об установлении прекращении факта владения и пользования заявителем транспортного средства, т.е. с 13.03.2009 г.

Удовлетворяя заявленные требования и признавая действия налогового органа по доначислению транспортного налога за период 2009 г. -2010 г., т.е. до снятия с учета в органах ГИБДД незаконными, суды исходили из того, что транспортное средство утратило критерий объекта налогообложения, поскольку было разукомплектовано и реализовано по запасным частям.

Отменяя судебные постановления и отказывая К. в удовлетворении исковых требований, президиум указал следующее.

Судом установлено, что решением суда от 03.11.2004 г., вступившим в законную силу, установлено, что К. — собственник автомобиля КАМАЗ 5410 и полуприцепа ОДАЗ 9370 с бортплатформой, по доверенности от 01.03.1999 г. передал указанные транспортные средства П., который в свою очередь в установленный срок транспортные средства К. не возвратил по причине их утраты. В пользу истца взыскана стоимость транспортных средств.

Решением суда от 02.03.2009 г., вступившим в законную силу, установлен факт прекращения К. владения и пользования транспортными средствами.

Согласно справке РЭО ГИБДД УМВД России по г. Нижневартовску КАМАЗ 35410 снят с учета в органах ГИБДД 13.01.2010 г.

Согласно налоговым уведомлениям по объекту налогообложения КАМАЗ 35410 доначислен транспортный налог за 2009 г. в размере 13650 руб., за январь 2010 г. в размере 1137 руб. 50 коп.

Судебными инстанциями не учтено, что в соответствии со ст. 357 Налогового кодекса Российской Федерации налогоплательщиками налога признаются лица, на которых в соответствии с законодательством Российской Федерации зарегистрированы транспортные средства, признаваемые объектом налогообложения в соответствии со статьей 358 настоящего Кодекса, если иное не предусмотрено настоящей статьей.

Согласно ст. 358 Налогового кодекса Российской Федерации объектом налогообложения признаются автомобили и другие транспортные средства, зарегистрированные в установленном порядке в соответствии с законодательством Российской Федерации.

Таким образом, реализация транспортного средства без снятия его с учета не освобождает от обязанности по уплате транспортного налога.

Постановление N 44-г-37/2012

10. Нарушение инвестором обязательств по договору инвестирования в части оплаты объекта строительства является основанием для расторжения договора, в случае если это предусмотрено договором в качестве основания для его расторжения. Регистрация перехода права собственности к покупателю на спорное недвижимое имущество не является препятствием для расторжения договора по основаниям, предусмотренным статьей 450 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Общество обратилось в суд с иском к К. о расторжении договора инвестирования строительства объекта, третьи лица, не заявляющие самостоятельные требования, ОАО ПСК, Д.

Решением суда первой инстанции, оставленным без изменения определением апелляционной инстанции, в удовлетворении исковых требований о расторжении инвестиционного договора отказано.

Отказывая Обществу в удовлетворении исковых требований, суд первой инстанции исходил из того, что доказательств неисполнения К. обязательств по договору в части оплаты стоимости объекта, не имеется. Факт исполнения К. обязательств по договору в свое время был признан истцом, что подтверждается выданной им справкой об отсутствии задолженности.

Отменяя судебные постановления и направляя дело на новое рассмотрение в суд первой инстанции, президиум указал следующее.

Как следует из материалов дела, между К., именуемой инвестором, третьим лицом ОАО ПСК, именуемым заказчиком, и ООО, именуемым подрядчиком, 18 декабря 2009 года заключен договор инвестирования строительства жилого блока в блокированном индивидуальном жилом доме, по условиям раздела 3 которого инвестор в течение 5 банковских дней с момента заключения договора вносит на расчетный счет подрядчика 3 000 000 руб. Оставшуюся сумму в размере 4 425 000 руб. вносит подрядчику до 30 мая 2010 года.

Между тем, как следует из совокупности представленных в материалы дела доказательств, положенная в основу оспариваемых судебных постановлений справка об отсутствии задолженности от 20 июля 2010 года, подписанная генеральным директором ООО, обусловлена гарантией директора по маркетингу заказчика ОАО ПСК в том, что платеж будет осуществлен инвестором, т.е. К. в надлежащем порядке. Кроме того, указанная справка не является допустимым доказательством по делу, как не отвечающая требованиям ст. 7 Федерального закона от 21 ноября 1996 года N 129-ФЗ «О бухгалтерском учете», поскольку не содержит подписи главного бухгалтера ООО.

Из переписки между ООО и Д. следует, что К. надлежащим образом свою обязанность по оплате договора не исполнила. Доказательств того, что плату за К. вносил Д. наличными денежными средствами, как он на то указывает в своем письме, в материалы дела не представлено.

В нарушение требований ст. 56 ГПК РФ судами первой и второй инстанций неверно распределено бремя доказывания такого имеющего значение для дела обстоятельства как исполнение обязательств по договору инвестором К., которая отвечающих требованиям относимости и допустимости доказательств исполнения своей обязанности по оплате договора не представила.

Исходя из положений ст. 161, п. 1 ст. 162 Гражданского кодекса Российской Федерации и изложенной в постановлении от 27 марта 2002 года N 245пв-01пр правовой позиции Президиума Верховного Суда Российской Федерации по их толкованию и применению в отношении вопроса о допустимых доказательствах, подтверждающих факт передачи денег по сделкам с недвижимым имуществом, следует, что ответчик должен был представить суду письменные доказательства в подтверждение передачи истцу денег за приобретаемые по договору недвижимое имущество (платежные документы: банковское поручение, расписка и т.п.), однако таких доказательств в материалы дела не представлено.

Допущенное процессуальное нарушение является существенным, поскольку создало неустранимое препятствие для восстановления и защиты нарушенных прав, свобод и законных интересов ООО.

Оценивая исковые требования ООО по существу заявленного спора, суд апелляционной инстанции, пришел к выводу, что не оплата ответчиком незавершенного строительством предмета инвестиционного договора основанием для расторжения договора по пункту 1 части 2 ст. 450 ГК РФ не является, поскольку главой 25 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрены иные средства защиты нарушенного права.

Вместе с тем, судебными инстанциями не учтено, что в соответствии с пунктом 2 части 2 ст. 450 Гражданского кодекса Российской Федерации по требованию одной из сторон договор может быть изменен или расторгнут по решению суда в иных случаях, предусмотренных настоящим Кодексом, другими законами или договором.

По смыслу статьи 450 Гражданского кодекса Российской Федерации в договоре могут быть предусмотрены основания для расторжения договора, не поименованные в законе и не отнесенные законом к существенным, соответственно основанием для одностороннего расторжения договора могут выступать не только случаи, поименованные в законе, но и случаи, названные в договоре.

Как видно из материалов дела, п. 12.2 договора инвестирования строительства объекта от 18 декабря 2009 года предусмотрено расторжение договора по инициативе подрядчика ООО в случае нарушения инвестором К. своих обязательств по оплате строительства оговоренных в разделе 3 договора. Соответственно ООО правомерно обратилось в суд с иском о расторжении договора по указанной причине, поскольку К. своих обязательств по оплате договора не исполнила.

Регистрация перехода права собственности к покупателю К. на спорное недвижимое имущество не является препятствием для расторжения договора по основаниям, предусмотренным статьей 450 Гражданского кодекса Российской Федерации (абзац 3 пункта 65 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации N 10 и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации N 22 от 29 апреля 2010 года).

Постановление N 44-г-41/2012

11. В силу статьи 1057 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, объявившее публично о выплате денежного вознаграждения или выдаче иной награды (о выплате награды) за лучшее выполнение работы или достижение иных результатов (публичный конкурс), должно выплатить (выдать) обусловленную награду тому, кто в соответствии с условиями проведения конкурса признан его победителем. Указание о награждении победителей за счет средств спонсорской помощи не может являться основанием для освобождения лица, объявившего о выплате награды, от выплаты награды победителю соревнований.

С. обратился в суд с иском к администрации города о взыскании суммы награды, процентов за пользование чужими денежными средствами.

Решением суда первой инстанции, оставленным без изменения определением апелляционной инстанции, в удовлетворении иска отказано.

Отказывая в удовлетворении исковых требований, суды первой и второй инстанций исходили из того, что объявление о проведении турнира является ничтожной сделкой, как не соответствующей требованиям ст. 16 ФЗ «Об общих принципах организации местного самоуправления в РФ» и не влекущей последствия в виде выплаты победителю награды. Суды сочли обоснованными доводы администрации города о том, что спорное мероприятие в календарный план спортивных мероприятий муниципального образования включено не было, расходы по выплате наград не были заложены в бюджете городского округа, а выплата наград Положением о турнире предусмотрена за счет средств спонсорской помощи на организацию турнира.

Отменяя судебные постановления и удовлетворяя исковые требования С. частично, президиум указал следующее.

Судом установлено, что распоряжением главы города Мегиона от 15.09.2008 г. было принято решение о проведении в г. Мегионе открытого турнира по дзюдо среди сильнейших спортсменов мира в весовой категории до 81 кг., утвержден состав оргкомитета и Положение о проведении турнира.

Пунктом 7 Положения предусмотрено, что спортсмены, занявшие 1, 2, 3 места награждаются памятным кубком, медалями и денежным призом: 1 место — 80000 долларов США, 2 место — 30000 долларов США, 3 место — 20000 долларов США по курсу ЦБ РФ на момент проведения турнира.

Из заявления представителей Корейской Ассоциации Дзюдо следует, что информация о проведении Мегионского турнира по дзюдо 5-6 декабря 2008 г. в г. Мегионе была получена по электронной почте.

Гражданин республики Корея С. подал в оргкомитет турнира письменную заявку на участие в нем, был допущен к участию в турнире.

Победителем турнира был признан С., который занял первое призовое место.

Из протокола осмотра интернет ресурса нотариусом г. Москвы следует, что на официальном сайте администрации города Мегиона 08.12.2008 г. размещена информация о проведении 06.12.2008 г. в г. Мегионе Второго Мегионского турнира по дзюдо, о получении первого приза 2000000 руб. гражданином республики Корея С.

Согласно банковской выписке, Благотворительным Фондом развития г. Мегиона господину С. было перечислено 20195, 95 долларов США, цель перевода — благотворительность.

Судебными инстанциями не учтено, что в соответствии со ст. 124 ГК РФ Российская Федерация, субъекты Российской Федерации, а также муниципальные образования выступают в отношениях, регулируемых гражданским законодательством, на равных началах с иными участниками этих отношений — гражданами и юридическими лицами.

От имени муниципальных образований своими действиями могут приобретать и осуществлять имущественные и личные неимущественные права и обязанности, выступать в суде органы местного самоуправления в рамках их компетенции, установленной актами, определяющими статус этих органов (пункт 2 ст. 125 ГК РФ).

Согласно пункту 19 ст. 16 ФЗ «Об общих принципах организации местного самоуправления в РФ» к вопросам местного значения городского округа отнесено обеспечение условий для развития на территории городского округа физической культуры и массового спорта, организация проведения официальных физкультурно-оздоровительных и спортивных мероприятий городского округа.

Из ст. 9 ФЗ «О физической культуре и спорте в РФ» следует, что в целях решения вопросов местного значения по обеспечению условий для развития на территориях муниципальных образований физической культуры и массового спорта, организации проведения официальных физкультурных мероприятий, физкультурно-оздоровительных мероприятий и спортивных мероприятий муниципальных образований к полномочиям органов местного самоуправления относятся:

— популяризация физической культуры и спорта среди различных групп населения (подпункт 2 пункта 1);

— организация проведения муниципальных официальных физкультурных мероприятий и спортивных мероприятий, а также организация физкультурно-спортивной работы по месту жительства граждан (подпункт 3 пункта 1);

— участие в организации и проведении межмуниципальных, региональных, межрегиональных, всероссийских и международных спортивных соревнований и учебно-тренировочных мероприятий спортивных сборных команд Российской Федерации и спортивных сборных команд соответствующего субъекта Российской Федерации, проводимых на территориях муниципальных образований (подпункт 8 пункта 1 в редакции Федерального закона от 04.12.2007 г. N 329-ФЗ, действующей в период спорных правоотношений).

Таким образом, муниципальное образование городской округ города Мегиона в лице главы города, в соответствии с подпунктом 8 пункта 1 ст. 9 ФЗ «О физической культуре и спорте в РФ» обладало в период спорных правоотношений полномочиями по проведению открытого турнира по дзюдо среди сильнейших спортсменов мира. Следовательно, вывод судов о ничтожности проведения турнира не основан на положениях материального права.

Согласно ст. 34 ФЗ «Об общих принципах организации местного самоуправления в РФ» финансовое обеспечение деятельности органов местного самоуправления осуществляется исключительно за счет собственных доходов бюджетов соответствующих муниципальных образований.

Ст.16.1 ФЗ «Об общих принципах организации местного самоуправления в РФ» в редакции Федерального закона от 29.12.2006 N 258-ФЗ, действующей на момент спорных правоотношений предусмотрено, что органы местного самоуправления городского округа вправе решать вопросы, указанные в части 1 настоящей статьи, участвовать в осуществлении иных государственных полномочий (не переданных им в соответствии со статьей 19 настоящего Федерального закона), если это участие предусмотрено федеральными законами, а также решать иные вопросы, не отнесенные к компетенции органов местного самоуправления других муниципальных образований, органов государственной власти и не исключенные из их компетенции федеральными законами и законами субъектов Российской Федерации, только за счет собственных доходов местных бюджетов (за исключением субвенций и дотаций, предоставляемых из федерального бюджета и бюджета субъекта Российской Федерации).

Поскольку в период спорных правоотношений вопрос об участии в организации и проведении международных спортивных соревнований отнесен к полномочиям органов местного самоуправления, расходы по финансовому обеспечению указанной деятельности подлежат осуществлению за счет собственных доходов местного бюджета.

Согласно пункту 1 ст. 1057 ГК РФ, лицо, объявившее публично о выплате денежного вознаграждения или выдаче иной награды (о выплате награды) за лучшее выполнение работы или достижение иных результатов (публичный конкурс), должно выплатить (выдать) обусловленную награду тому, кто в соответствии с условиями проведения конкурса признан его победителем.

Указание в Положении о проведении турнира сведений о том, что награждение победителей осуществляется за счет средств спонсорской помощи, в силу ст. 1057 ГК РФ не может являться основанием для освобождения администрации г. Мегиона, как лица, объявившего о выплате награды, от выплаты награды победителю соревнований.

Смотрите так же:  Мировой суд в нефтекамске

При таких обстоятельствах оснований для отказа в удовлетворении исковых требований у судов первой и второй инстанций не было.

Постановление N 44-г-43/2012

12. Состояние в браке является юридически значимым фактом, поскольку порождает различные правовые последствия и, следовательно, выявление факта сообщения заявительницей ложных сведений о семейном положении влечет отказ в принятии в гражданство Российской Федерации. При этом следует учитывать, что обязательным условием для разрешения вопроса о нарушении установленного порядка принятия гражданства Российской Федерации является не просто факт сообщения лицом ложных сведений о себе, но и заведомость таковых для самого заявителя.

УФМС обратилось в суд с заявлением об установлении факта сообщения Т. заведомо ложных сведений.

Решением суда первой инстанции, оставленным без изменения определением апелляционной инстанции, заявление УФМС оставлено без удовлетворения.

12 июля 2011 года отделом УФМС стало известно о наличии факта регистрации ею брака с Д., то есть до обращения с указанным выше заявлением.

Судом установлено, что Т. 22 июня 2007 года документирована отделом УФМС паспортом гражданина Российской Федерации в соответствии с решением об этом от 07 мая 2007 года.

В п. 12 заявления о приеме в гражданство Российской Федерации от 16 февраля 2007 года Т. указала своё семейное положение: «Не замужем».

12 июля 2011 года отделом УФМС стало известно о наличии факта регистрации ею брака с Д., то есть до обращения с указанным выше заявлением.

Отказывая в удовлетворении заявления УФМС, с чем согласилась и судебная коллегия, суд первой инстанции указал на то, что сведения в п. 12 заявления Т. не являются юридически значимыми для приобретения ею гражданства Российской Федерации, не являются прямым основанием для отклонения указанного заявления.

Суд апелляционной инстанции полагал, что сообщение Т. сведений о том, что она является незамужней, не является юридическим фактом применительно к главе 28 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

Отменяя судебные постановления и направляя дело на новое рассмотрение в суд первой инстанции, президиум указал следующее.

В соответствии со статьей 22 Федерального закона от 31 мая 2002 г. N 62-ФЗ «О гражданстве Российской Федерации» решение о приобретении гражданства Российской Федерации подлежит отмене, если будет установлено, что оно принималось на основании представленных заявителем подложных документов или заведомо ложных сведений, установленном в судебном порядке. Это требование является логическим продолжением предусмотренного п. «в» ст. 16 того же закона основания отклонения заявления о принятии в гражданство РФ — при установлении факта сообщения заведомо ложных сведений или представления подложных документов.

Пунктом 20.1 Приказа ФМС РФ от 19.03.2008 г. N 64 (ред. от 29.04.2010) «Об утверждении Административного регламента исполнения Федеральной миграционной службой государственной функции по осуществлению полномочий в сфере реализации законодательства о гражданстве Российской Федерации» установлено, что при подтверждении факта использования заявителем подложных документов или заведомо ложных сведений при приобретении или прекращении им гражданства Российской Федерации, территориальный орган обращается с исковым заявлением в судебную инстанцию об установлении факта использования заявителем подложных документов или заведомо ложных сведений при приобретении или прекращении им гражданства РФ.

Таким образом, обязательным условием для разрешения вопроса о нарушении установленного порядка принятия гражданства РФ является не просто факт сообщения лицом ложных сведений о себе, но и заведомость таковых для самого заявителя.

Как следует из объяснений Т. в судебном заседании, она заключила с мужем брак в 2004 г., он получил свидетельство о браке, в тот же год родился совместный ребенок, а в 2005 г. она ушла от мужа. Не имея на руках свидетельства о браке, и не желая жить с мужем, не сообщила о браке при принятии гражданства, в органы ЗАГСа не ходила, подписи не ставила.

Таким образом, Т. фактически утверждала об отсутствии законного брака, что судами первой и второй инстанции не проверялось. Вопрос — каким образом и когда на руках у неё оказалось свидетельство о заключении брака, копия которого имеется в деле, не выяснялся.

Между тем указанное обстоятельство — брак с гражданином Кыргызской республики является юридически значимым фактом, поскольку порождает правовые последствия в виде возможности принятия членами семьи (в частности, супругом Д.) Т., как гражданки РФ, гражданства Российской Федерации в упрощенном порядке, что предусмотрено статьёй 18 Закона РФ от 28.11.1991 N 1948-1 (ред. от 31.05.2002) «О гражданстве Российской Федерации» «Приобретение гражданства в порядке регистрации»: «В порядке регистрации гражданство Российской Федерации приобретают: а) лица, у которых супруг либо родственник по прямой восходящей линии является гражданином Российской Федерации. «.

Кроме того, наличие брака может быть связано с иными значимыми для решения вопроса о принятии лицом гражданства РФ обстоятельствами, например, в связи с изменением фамилии в браке.

Определением от 13 октября 2009 г. N 1263-О-О Конституционный Суд РФ от 13.10.2009 N 1263-О-О отказал в принятии к рассмотрению жалобы Саркисян А. на нарушение её конституционных прав п. «в» ст. 16 Федерального закона «О гражданстве Российской Федерации», притом, что причиной подачи жалобы явился отказ в принятии в гражданство РФ вследствие выявления факта сообщения заявительницей ложных сведений о семейном положении, то есть указанная в статьях 16 и 22 названного закона норма не может рассматриваться как неконституционная и нарушающая права граждан.

Таким образом, вывод об отсутствии юридически значимого факта, судом апелляционной инстанции основан на неверном толковании материального права.

Постановление N 44-г-44/2012

13. Правоотношения между работодателем и работником, в том числе в части возмещения работником материального ущерба регулируются нормами трудового законодательства. Заключение договора о возмещении работником материального ущерба после расторжения трудовых правоотношений не свидетельствует о наличии между сторонами гражданско-правовых обязательств.

Нотариальная палата обратилась в суд с иском к С. о взыскании денежных средств и оплаченной госпошлины.

Основанием для обращения истца в суд с настоящим иском послужило то, что С. до настоящего времени не возмещен материальный ущерб, причиненный работодателю при исполнении трудовых обязанностей.

Судом установлено, что на основании заявления от 21 января 1997 года, приказа N 3 от 21 января 1997 года и трудового договора от 22 января 1997 года С. принята на работу в Палату в качестве секретаря. В соответствии с заявлением от 13 марта 2000 года, приказа N 13 от 13 марта 2000 года С. переведена на должность заведующего канцелярией и на основании приказа N 23-ок от 25 мая 2009 года трудовые правоотношения между сторонами прекращены на основании пункта 3 части 1 статьи 77 Трудового кодекса Российской Федерации.

Между сторонами 25 мая 2009 года заключен договор о возмещении материального ущерба при исполнении трудовых обязанностей, в соответствии с которым С. обязалась возместить работодателю имущественный ущерб, причиненный вследствие недобросовестного исполнения трудовых обязанностей, выразившихся в присвоении денежных средств в 2006 — 2009 годах, полученных под отчет на отправку почтовой корреспонденции, в размере 210 000 руб..

При увольнении С. выплачено работодателю 25 964,33 руб., а оставшуюся часть ущерба в размере 184 035,67 руб. работник обязалась выплатить до 01 сентября 2009 года, однако, до настоящего времени указанная сумма не выплачена, что послужило основанием для обращения истца в суд с настоящим иском.

Удовлетворяя исковые требования Палаты, суд первой инстанции, на основании статей 153, 154, 309, 307, 420, 421 и 425 Гражданского кодекса Российской Федерации, исходил из того, что договор о возмещении материального ущерба, заключенный 25 мая 2009 года между сторонами, соответствует требованиям закона и сторонами недействительным не признавался. Учитывая, что односторонний отказ от исполнения обязательств не допускается, следовательно, с ответчика в пользу истца подлежат взысканию денежные средства.

Судебная коллегия, оставляя решение суда первой инстанции без изменения, пришла к выводу о том, что статьей 243 Трудового кодекса Российской Федерации прямо предусмотрена обязанность работника возместить работодателю в полном объеме причиненный материальный ущерб, в том числе в результате недостачи ценностей, полученных по разовым документам. Договор, заключенный между сторонами, в данном случае свидетельствует лишь о согласии работника с размером причиненного ущерба и на возмещение данного ущерба.

Отменяя судебные постановления и направляя дело на новое рассмотрение в суд первой инстанции, президиум указал следующее.

При удовлетворении исковых требований истца судом не учтено, что пределы материальной ответственности работника установлены статьей 241 Трудового кодекса Российской Федерации размерами его среднего месячного заработка, если иное не предусмотрено настоящим Кодексом или иными федеральными законами.

В статье 243 Трудового кодекса Российской Федерации перечислены случаи, когда на работника может быть возложена полная материальная ответственность, в частности, в соответствии с пунктом 2 части первой указанной нормы таким случаем является недостача ценностей, вверенных работнику на основании специального письменного договора или полученных им по разовому документу.

Из системного толкования указанной нормы права следует, что полная материальная ответственность за недостачу ценностей, полученных по разовым документам, имеет место, как правило, когда работник привлекается для срочного получения, доставки, передачи имущественных ценностей, необходимых или направляемых работодателю, и если отсутствует возможность поручить эту функцию тем, кто занят этим постоянно, в чьи трудовые обязанности это входит. Следовательно, разовые документы на получение ценностей могут быть выданы работнику, характер работы которого, как правило, не связан с получением материальных ценностей.

Выдача материальных ценностей по разовому документу означает разовую операцию и не должна превращаться в систему.

Согласно статье 244 Трудового кодекса Российской Федерации письменные договоры о полной индивидуальной или коллективной (бригадной) материальной ответственности (пункт 2 части первой статьи 243 настоящего Кодекса), то есть о возмещении работодателю причиненного ущерба в полном размере за недостачу вверенного работникам имущества, могут заключаться с работниками, достигшими возраста восемнадцати лет и непосредственно обслуживающими или использующими денежные, товарные ценности или иное имущество.

Возложение на работника полной материальной ответственности при условии заключения с ним соответствующего письменного договора, согласуется с задачами трудового законодательства по созданию необходимых правовых условий для достижения оптимального согласования интересов сторон трудовых отношений, допускает привлечение работника к полной материальной ответственности лишь в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения трудовых обязанностей, то есть при условии его виновного противоправного поведения.

Перечни работ и категорий работников, с которыми могут заключаться указанные договоры, а также типовые формы этих договоров утверждаются в порядке, устанавливаемом Правительством Российской Федерации.

Таким образом, трудовое законодательство предусматривает конкретные требования, при выполнении которых работодатель может заключить с отдельным работником письменный договор о полной материальной ответственности, перечень должностей и работ, при выполнении которых могут заключаться такие договоры, взаимные права и обязанности работника и работодателя по обеспечению сохранности материальных ценностей, переданных ему под отчет.

При этом невыполнение требований законодательства о порядке и условиях заключения и исполнения договора о полной индивидуальной материальной ответственности может служить основанием для освобождения работника от обязанностей возместить причиненный по его вине ущерб в полном размере, превышающем его средний месячный заработок.

Как усматривается из материалов дела, С. занимала должность заведующего канцелярией. Однако в Перечень должностей и работ, замещаемых или выполняемых работниками, с которыми работодатель может заключать письменные договоры о полной индивидуальной материальной ответственности за недостачу вверенного имущества, утвержденный постановлением Министерства труда и социального развития Российской Федерации от 31 декабря 2002 года N 85, должность, занимаемая ответчиком, равно как и работа, выполняемая ею, не включены.

Таким образом, указанные обстоятельства свидетельствуют о том, что договор о полной материальной ответственности не мог быть заключен с ответчиком, в связи с чем заключенный 25 мая 2009 года с нею договор о возмещении материального ущерба не мог служить основанием для привлечения её как работника к полной материальной ответственности. Вместе с тем, суд первой инстанции признал правомерным требования Палаты о возмещении С. ущерба в полном объеме, превышающем её среднемесячный заработок, что противоречит требованиям вышеназванных норм Трудового кодекса Российской Федерации.

Постановление N 44-г-42/2012

14. При рассмотрении споров между супругами судам следует исходить из того, что распределение между бывшими супругами общих долгов возможно только после раздела или одновременно с разделом их общего имущества и определения долей, следовательно, отсутствие соглашения о разделе совместного имущества или требований о разделе имущества, является основанием для отказа в удовлетворении исковых требований о признании долгов общими и их разделе.

С. обратилась в суд с иском к К., третье лицо Р., о разделе общих долгов супругов. К. обратилась в суд с встречным иском к С. о признании долгов супругов совместными и их разделе, третье лицо ЗАО.

Решением суда первой инстанции, оставленным без изменения определением апелляционной инстанции, исковые требования С. удовлетворены, требования К. оставлены без удовлетворения.

Судами установлено, что стороны состояли в браке с 25.07.1997 г. по 20.09.2010 г. и 29 августа 2008 года между истцом С. и Р. заключен договор займа в размере 600 000 рублей на приобретение жилого помещения на срок до 01 ноября 2012 года.

13 октября 2008 г. стороны в соответствии с договором купли-продажи приобрели за 3 600 000 рублей в общую долевую собственность на себя и несовершеннолетних детей К.Н. и К.В. четырехкомнатную квартиру.

Согласно договору денежные средства в размере 2 700 000 рублей переданы при его подписании, 900 000 рублей покупатель обязался перечислить продавцу Т. на счет в срок до 28 февраля 2009 года.

04 мая 2010 года в соответствии с договором займа ЗАО предоставило ответчику-истцу по встречному иску К. денежную сумму в размере 450 000 рублей на срок до 04 мая 2011 года.

Удовлетворяя исковые требования С., суд, ссылаясь на ст. 39 Семейного кодекса Российской Федерации, признал денежную сумму в размере 600 000 рублей общим долгом супругов, поскольку истцом доказано их использование на нужды и в интересах семьи, в соответствии с требованием п. 2 ст. 45 того же Кодекса.

Отказывая в удовлетворении встречных требований К., суд первой инстанции полагал недоказанным расходование суммы займа в размере 450 000 рублей на нужды и в интересах семьи.

Отменяя судебные постановления в части признания долгов супругов общими, их определения по каждому и принимая в указанной части новое судебное постановление об отказе в удовлетворении исковых требований С., президиум указал следующее.

Согласно п. 3 ст. 39 Семейного кодекса Российской Федерации общие долги при разделе общего имущества супругов распределяются между супругами пропорционально присужденным долям.

Исходя из буквального толкования указанной нормы, распределение между бывшими супругами общих долгов возможно только после раздела или одновременно с разделом их общего имущества и определения долей.

Однако из материалов дела следует, что сторонами спора требования о разделе общего имущества не заявлялись, не было представлено и соглашения о разделе совместного имущества.

Постановление N 44-г-47/2012

Дела, рассмотренные мировыми судьями и судами апелляционной инстанции, судебные постановления по которым отменены в кассационном (надзорном) порядке.

1. При рассмотрении споров о возмещении материального ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия следует учитывать, что значимыми для дела обстоятельствами является не только сам факт дорожно-транспортного происшествия и вина в нем водителя, чья ответственность застрахована ответчиком, но и количество потерпевших, чьи машины пострадали в ДТП, а также размер страховых выплат каждому из них.

В. обратился в суд с иском к Обществу о возмещении материального ущерба, причиненного дорожно-транспортным происшествием.

Решением мирового судьи от 14 декабря 2011 г. исковые требования удовлетворены частично, взыскано в возмещение ущерба 45 342 руб. 33 коп. и судебные расходы в сумме 26 560 руб. 27 коп.

Апелляционным определением городского суда от 09 февраля 2012 года решение мирового судьи отменено и принято новое. Взыскан материальный ущерб в размере 44 525 руб.91 коп., расходы на оплату услуг представителя в размере 10 000 руб., за оплату проведенной оценки в размере 5 000 руб., затрат по оплате госпошлины в размере 1 535 руб. 78 коп.

Отменяя судебные постановления и направляя дело на новое рассмотрение мировому судье, президиум указал следующее.

Судами установлено, что 25.02.2011 г. произошло дорожно-транспортное происшествие, в результате которого автомобилю истца Фольксваген «Passat» были причинены механические повреждения. Виновным в ДТП был признан Р., управлявший принадлежащим Т. автомобилем Сузуки «Grand Vitara». Его гражданская ответственность была застрахована в ООО «Страховое общество» в соответствии с полисом ОСАГО. В. получил страховое возмещение в размере 74 657 руб. 67 коп.

Частично удовлетворяя исковые требования, мировой судья исходил из того, что истцом фактические затраты по восстановлению транспортного средства обоснованы, поэтому взыскал в пределах страховой суммы, которую полагал равной 120 000 руб., ущерб в размере 45 342 руб. 33 коп., с учетом уже выплаченного В. страхового возмещения.

Суд второй инстанции не согласился с указанным решением, полагая, что в пользу истца подлежит взысканию, исходя из предела возмещения вреда в той же сумме 120 000 руб., невыплаченное страховое возмещение в размере 44 525 руб. 91 коп., поскольку сумма, определенная ранее мировым судьёй, указана без учета износа расходов на запчасти, то есть завышена.

Вместе с тем, судебными инстанциями не учтено, что Федеральным законом от 25.04.2002 N 40-ФЗ (с последующими изменениями) «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» (далее — ОСАГО), установлены лимиты ответственности страховщика, размер, порядок, условия выплачиваемых потерпевшим страховых сумм. В частности, ст. 7 ОСАГО установлен лимит ответственности страховщика: страховая сумма, в пределах которой страховщик при наступлении каждого страхового случая обязуется возместить потерпевшим причиненный их имуществу вред, составляет в части возмещения вреда, причиненного имуществу нескольких потерпевших, не более 160 тысяч рублей; в части возмещения вреда, причиненного имуществу одного потерпевшего — не более 120 тысяч рублей.

На основании ст. 12 того же закона возмещение в случае повреждения имущества потерпевшего производится в размере расходов, необходимых для приведения имущества в состояние, в котором оно находилось до момента наступления страхового случая, а размер расходов на материалы и запасные части определяется с учетом износа комплектующих изделий, подлежащих замене при восстановительном ремонте.

Аналогичная норма о лимите ответственности страховщика закреплена в п. 10 Правил обязательного страхования гражданской ответственности владельцев транспортных средств, утвержденных Постановлением Правительства РФ от 07.05.2003 N 263 (с последующими изменениями).

Таким образом, значимыми для дела обстоятельствами является не только сам факт дорожно-транспортного происшествия и вина в нем водителя, чья ответственность застрахована ответчиком, но и количество потерпевших, чьи машины пострадали в ДТП, а также размер страховых выплат каждому из них.

Указанные обстоятельства — количество потерпевших и размер произведённых третьим лицам выплат судами первой и второй инстанции не проверялись. Между тем в материалах настоящего гражданского дела имеется заверенная копия справки о дорожно-транспортном происшествии и водителях, участвующих в нём, из которой следует, что в ДТП пострадали 3 автомашины, водителями которых являются: В. на принадлежащем ему автомобиле Фольксваген «Passat»; С. на принадлежащем Щ. автомобиле Nissan Primera; Р., управлявший принадлежащим на праве собственности Т. автомобилем Сузуки «Grand Vitara».

Автомобиль С. также пострадал в ДТП, виновником которого является Р., что отражено в справке. Несмотря на наличие указанных сведений, судами первой и апелляционной инстанции не установлено, какая выплата произведена второму потерпевшему, что привело к неправильному определению лимита ответственности ответчика в размере 120 000 рублей, а не 160 000 рублей.

В материалах дела отсутствуют документы о размере страховой выплаты С., и этот вопрос не был предметом исследования в суде первой инстанции, в силу чего новое судебное постановление не может быть вынесено судом кассационной инстанции. Суд первой инстанции, кроме того, не обсуждал вопроса о привлечении к участию в деле третьих лиц.

Постановление N 44-г-28/2012

2. Оплата электроэнергии производится за фактически принятое абонентом количество электроэнергии в соответствии с данными учёта энергии, если иное не предусмотрено законом, иными правовыми актами или соглашением сторон. При этом направление Обществом внесенных потребителем денежных средств на погашение ранее образовавшегося долга (в отсутствие соответствующего заявления со стороны потребителя) является обоснованным и соответствующим требованиям гражданского законодательства.

Общество обратилось к мировому судье с иском к М. о взыскании суммы задолженности по оплате электроэнергии, процентов за пользование чужими денежными средствами.

Решением мирового судьи от 13 февраля 2012 года исковые требования ОАО «Тюменьэнергосбыт» удовлетворены частично и с М. в пользу Общества взыскана задолженность по оплате электроэнергии в размере 14 943 рублей 99 копеек, а также расходы по оплате государственной пошлины в размере 428 рубля 70 копеек, всего 15372 (пятнадцать тысяч триста семьдесят два) рубля 69 (шестьдесят девять) копеек. В удовлетворении остальной части исковых требований Обществу отказано.

Определением городского суда от 05 мая 2012 года решение суда первой инстанции оставлено без изменения.

Отменяя судебные постановления, принятые по делу и принимая новое судебное постановление, президиум указал следующее.

Удовлетворяя исковые требования частично, суд посчитал возможным принять показания электросчетчика как достоверные, однако полагал неправомерным зачисление текущих платежей в зачет предыдущей задолженности и признал необходимым учесть оплату электроэнергии, начиная с 20.01.2010 г., в счет погашения задолженности за спорный период, в связи с чем отказал в удовлетворении требований о взыскании процентов по ст. 395 Гражданского кодекса Российской Федерации, полагая ошибочным приведенный истцом расчет, в котором не учтены текущие платежи ответчика.

С выводом мирового судьи согласился и суд второй инстанции.

Судом установлено, что ответчик М. живет в балке и пользуется электроэнергией, поступающей ему от истца, что сам не отрицал.

Из представленной суду копии лицевого счёта следует, что ответчику в период с 01.07.2007 г. по 1.10.2011 г. предоставлено электроэнергии в объёме 24 182 кВт/ч, на сумму 49 774 руб. 91 коп. Оплачено за тот же период -21 110 руб. 63 коп., вследствие чего образовалась задолженность в размере 28 664 руб. 28 коп. В представленных в дело документах имеются утвержденные тарифы о стоимости электроэнергии, а также сведения о её количестве, потребленном ответчиком.

Ответчик указывал в заявлении в адрес истца, что оплачивал электроэнергию, исходя из своего тяжелого материального положения, сколько мог, каких-либо доказательств по оспариванию размера начисления или не представления услуг, за которые потребована оплата, в дело не представил.

Истцом предъявлен иск, датированный 13.12.2011 г., взыскивается задолженность за период с декабря 2009 г. по август 2011 г., с учетом уменьшения исковых требований — 28 664 руб. 28 коп. и процентов за пользование чужими денежными средствами в сумме 857,40 руб., расчёт которых представлен, а всего 29 521, 68 руб. Истец, кроме того, просит возместить судебные расходы в виде оплаты госпошлины.

Согласно п. 1 ст. 544 Гражданского кодекса Российской Федерации, оплата электроэнергии производится за фактически принятое абонентом количество электроэнергии в соответствии с данными учёта энергии, если иное не предусмотрено законом, иными правовыми актами или соглашением сторон. При этом в силу ст. 540 того же кодекса, в случае, когда абонентом по договору электроснабжения выступает гражданин, использующий электроэнергию для бытового потребления, договор считается заключенным с момента первого фактического подключения абонента в установленном порядке к присоединенной сети.

В силу п. 2 ст. 39 Федерального закона от 26.03.2003 N 35-ФЗ (с последующими изменениями) «Об электроэнергетике», договор купли-продажи электрической энергии гарантирующих поставщиков, к каковым относится истец, является публичным.

Кроме того, согласно пункту 64 Постановления Правительства РФ от 31.08.2006 N 530 «Об утверждении основных положений функционирования розничных рынков электрической энергии» действие договора энергоснабжения с гражданином-потребителем не может ставиться в зависимость от заключения или не заключения договора в письменной форме. Наличие заключенного с гражданином-потребителем договора подтверждается документом об оплате гражданином потребленной им электрической энергии, в котором указаны наименование и платежные реквизиты гарантирующего поставщика, осуществляющего энергоснабжение данного потребителя. Договор с гарантирующим поставщиком считается заключенным с даты, соответствующей началу периода, за который гражданином-потребителем произведена первая оплата электрической энергии данному гарантирующему поставщику.

Применительно к части 1 ст. 153 Жилищного кодекса Российской Федерации граждане и организации обязаны своевременно и полностью вносить плату за коммунальные услуги, к каковым относится и электроэнергия.

Какого-либо другого расчета задолженности ответчиком не представлено. Тарифы ответчиком не оспаривались, а в отношении количества потребленной электроэнергии каких-либо доказательств ошибки в учёте им не представлено. Наоборот, как видно из данных лицевого счета, потребление ответчиком электроэнергии в течение нескольких лет оставалось постоянно на одном и том же уровне, за исключением такого же стабильно — резкого роста в отдельно взятые месяцы зимнего периода — декабрь, январь, февраль, реже и меньше — март каждого года, начиная с 2007 г., что характерно для использования в балках достаточно мощных электронагревательных приборов.

Сумма долга по оплате коммунальных услуг в виде электроэнергии, подаваемой к месту фактического жительства ответчика, составляет его денежное обязательство перед истцом.

Статьёй 319 Гражданского кодекса Российской Федерации установлена очередность погашения требований по денежному обязательству: сумма произведенного платежа, недостаточная для исполнения денежного обязательства полностью, при отсутствии иного соглашения, погашает, прежде всего, издержки кредитора по получению исполнения, затем — проценты, а в оставшейся части — основную сумму долга.

Поскольку от ответчика не поступало заявления о внесении конкретной суммы за определённый календарный период, истец правильно зачислял поступающие суммы в счет погашения ранее образовавшегося долга.

Постановление N 44-г-32/2012

Судебная коллегия по гражданским делам суда

Ханты-Мансийского автономного округа — Югры

Откройте актуальную версию документа прямо сейчас или получите полный доступ к системе ГАРАНТ на 3 дня бесплатно!

Если вы являетесь пользователем интернет-версии системы ГАРАНТ, вы можете открыть этот документ прямо сейчас или запросить по Горячей линии в системе.

Обзор судебной практики президиума суда Ханты-Мансийского автономного округа — Югры за II полугодие 2012 года (утв. постановлением президиума суда Ханты-Мансийского АО — Югры от 25 января 2013 г.)

Судебная практика хмао югра